Отдыхая в испанской Валенсии, Анна Сергеевна показала вид из окна своего номера, разместив соответствующее видео в «Инстаграме», всё бы ничего, и картинка красивая, и место уровня «дорого-богато», и сама журналистка, находясь на заморском отдыхе, выглядела посвежевшей красоткой, но на заднем фоне играла любимая песня Анны Сергеевны со словами: «…о Серёге позабыла ты. Позабыла ты…».

И никто бы не увидел в этом чего-либо плохого, да вот ведь незадача – именно в этот день по тому самому Серёже, за которого так неустанно молилась Анна Сергеевна и просила Бога о его скорейшем выздоровлении, прошли поминки, и мама Серёжи оставила гневный комментарий под размещённым видео, заканчивавшийся фразой: «…Теперь понятно, куда пошли деньги на лечение моего сына».

Анна Сергеевна этот комментарий не увидела, так как после публикации решила пойти на местный пляж, а телефон оставила в номере на зарядку. Тут же под публикацией начался вой подписчиков, строчивших свои комментарии со скоростью пулемёта Максима в годы Гражданской войны.

Вернувшись с пляжа, Анна Сергеевна увидела на своём телефоне большое количество пропущенных вызовов и множество гневных сообщений. Конечно же, публикация с видом из окна была удалена, но репутация была подмочена очень сильно. С того самого времени Анна Сергеевна придумала себе новый образ местной матери «Терезы» со всеми вытекающими.

– Дети – сироты, и что я там должен буду делать? – явно показывая своим видом нежелание участвовать в этом празднике, отрешённо произнёс я.

– Ну как что? Подарить детям футбольные мячики, футбольную форму, у нас же скоро в стране Чемпионат мира по футболу, мы же не должны оставаться безучастными к их судьбам, – весело парировала моя собеседница, попивая из своего бокала текилу со льдом.

– Хорошо, хорошо, надеюсь, это в городе будет?

– Нет, мы не хотим в городской ехать, думаю, поедем подальше от города, так сказать, выберем победнее дом ребёнка.

– Ладно, я согласен, – буркнул я, допивая свой сок, – сообщите, как определитесь со временем и местом, я непременно буду.

– Вот и отлично, с вами приятно иметь дело. Кстати, ваша коллега Иляна Камирова там тоже будет.

– А, она. Ну, будет так будет, ладно, до встречи там тогда.

Попрощавшись с Анной Сергеевной, я направился к столику Даши и её сестры, пора было ехать домой, о чём я сообщил Дарье.

– Да, Слав, забирай меня отсюда, тем более родители уже уехали. И нам пора.

Выходя из ресторана, я заметил, как мужчина, который ещё недавно купил певицу на торгах, организованных мною, садился в свой синий «Ауди Q5». «Хороший выбор», – подумал я, проходя мимо него.

Заводя свою машину, я заметил, что Даше чуть-чуть не по себе, наверное, выпила лишнего.

– Ну что как праздник, понравился?

– Да, папа всем доволен. Слушай, что там за баба рядом с тобой стояла?

– Ну, эта местная журналистка, может, помнишь, та самая, которая из Испании оплакивала мальчика, которому на операцию собирали?

– Да, помню эту дуру. И что она от тебя хотела?

– Рабочие моменты, не бери близко в голову.

– Ну, просто мне интересно, ты с ней долго стоял, вы что-то обсуждали, она даже начала в конце как-то улыбаться неестественно.

– Предложила поучаствовать в благотворительном мероприятии для детей-сирот.

– Слушай, а ты мне изменял когда-нибудь?

В этот момент я резко переключил передачу и вжал в пол педаль газа, «Ауди» приятно показала свой рык, начав выть громче.

– Да, вчера, к примеру, когда один дома остался, вспомнил про свою любимую порноактрису.

– И как она?

– Да немногословна, поговорить с ней не о чем… Шуток не понимает, да и по-русски плохо говорит. Вроде её родной то ли чешский, то ли венгерский.

– Ха-ха-ха. Пошляк ты тот ещё.

– Как тебе сегодняшний праздник, хорошо всё было, да? И еда, и напитки, и закуски на высоте, умеют тут готовить.

– Да, я люблю чешскую кухню.

Доехав до дома, я еле дошёл до кровати и лёг спать, забыв обо всех делах, запланированных мною на завтра.

Глава VII

Два минус один

– Слава, просыпайся, тебе пора в школу, – чей-то милый голос шептал мне на ухо.

– Какая ещё школа, я хочу к бабушке в деревню, не хочу в школу, – сквозь улыбку отвечал я.

– Давай, давай, твои друзья-уголовники тебя заждались. Кто врагов народа будет защищать? – более бойким голосом говорила Даша, срывая с меня одеяло.

– Ок, хорошо. Я просыпаюсь.

Даша не очень-то любила мою работу, она была из тех самых граждан, которые считали, раз что-то произошло, то так должно было случиться. Нет, я не могу сказать, что она верила в судьбу, напротив, она верила в Бога и периодически ходила в церковь, пытаясь и меня заставить, но я всегда отнекивался.