Открыв его, я прочёл следующее: «Слав, ты хороший парень. Но каждый раз мне тебя не хватает. Я не могу постоянно просыпаться ночью и смотреть на то, как ты куда-то собираешься, а потом полночи думать о тебе: куда ты поехал и что опять у тебя стряслось? Вечером я прихожу домой, тебя опять нет, где ты, с кем ты, что с тобой, я не знаю. И сегодня ты мне ни разу не сообщил, что с тобой происходит и как у тебя дела. Тем более я сегодня тебя совсем не интересовала.

Более того, ты забыл, что сегодня у моего отца было день рождения, ему стукнуло 50 лет, но звонка от тебя ему не было, а я просила тебя неделю назад поставить себе напоминание на телефоне. Я поехала к маме, переночую у неё. Если не забудешь, то, конечно, приезжай на сам день рождения. Завтра, ресторан «Пилзнер в 20:00».

М-да, с Дарьей теперь точно будет сложно. Ладно опоздание домой, но вот отца она мне точно не простит, благо мужик он нормальный, думаю, зла на меня держать не будет, главное – подарок ему нормальный купить, ну и завтра с утра первым делом позвонить и пожелать внуков, конечно же, через годик. Ну и с Дашей пора уже серьёзно поговорить, а то уплывёт Русалка к кому-нибудь другому.

Глава V

Дарья Петровна Русалкина

Утро следующего дня началось с напоминания на моём телефоне: «Слава, поздравь зятя с прошедшим днём рождения».

Не откладывая дело в долгий ящик, я тут же решил исполнить напоминание, дабы ещё раз ничего не забыть. Тем более общаться с Петром Олеговичем Русалкиным было всегда приятно, про таких, как он, окружающие говорят: «Свой парень».

– Пётр Олегович, доброе утро, не разбудил? Это ваш личный адвокат вам звонит и будущий зять.

– Доброе утро, доброе утро. Это значит, Дарья Петровна скоро фамилию будет менять у нас, да? – очень громко произнёс отец Дарьи, скорее всего, находясь рядом с ней. – Но ты не забывай, она у нас девушка своенравная, очень, я бы сказал, вся в мать, – продолжал громко говорить Пётр Олегович.

«Всем бы такого зятя, лёгкого в общении», – подумал я после слов: «…вся в мать». Помню, как Дарья познакомила меня со своими родителями, Пётр Олегович встретил очень хорошо, чего нельзя сказать о матери, которая моим присутствием рядом со своей дочерью была явно недовольна, что было подчёркнуто бедненьким ужином в стиле «у нас в стране ещё недавно был дефицит, и шиковать нас при нынешней власти не научили».

– Я вас с прошедшим днём рождения звоню поздравить, счастья вам, а главное – внуков в ближайшем будущем, чтобы футбол было с кем посмотреть, – с иронией произнёс я чуть громче, дабы быть услышанным не только Петром Олеговичем, но и его ближайшим окружением.

– О-о-о, Вячеслав Игоревич, я так смею предположить об интересном положении Дарьи Петровны? Или мы чего-то не знаем? А, Дарья? – явно обращаясь к дочери, спросил отец.

Ответа я не услышал, но явно поднял этим вопросом и пожеланием настроение Петру Олеговичу Русалкину, между прочим, почётному гражданину города Ижевска, кандидату медицинских наук, главному врачу Ижевской городской больницы. Не будь я знаком с Петром Олеговичем лично, увидев его на улице, я подумал бы, что это обычный мужик, который из толпы прохожих ничем примечательным не выделяется.

Пётр Олегович был сухощавого телосложения, низкого роста, с небольшой проплешиной на макушке, всегда просто одет, без какого-либо изыска он носил одну и ту же шляпу уже который год. Он очень следил за своим здоровьем, практически не употреблял крепкий алкоголь, ни разу в жизни не курил и обожал в свободное от работы время играть в футбол с коллегами.

Футбол для Петра Олеговича был больше чем игрой, его любимой фразой на поле было: «Ну кто так играет, тебя бы до перестройки расстреляли за такой пас, а ну марш на лавку». Порой и я присоединялся к команде Петра Олеговича.

Примечателен эпизод одной из игр, которая состоялась в этом году. Так, в порыве борьбы, схлестнувшись на поле с Петром Олеговичем, я случайно наступил ему на правую ногу, после чего он сильно закричал и рухнул на поле. Подоспевшие коллеги-медики без всяких рентгенов путём осмотра правой ноги тут же поставили диагноз – перелом ладьевидной кости, срок полного восстановления и возвращения в игру с учётом возраста пациента – 2 месяца. Пётр Олегович, услышав столь неутешительный диагноз, произнёс: «Ну, в следующий раз буду играть осторожнее». Приняв мои извинения и с улыбкой сообщив о том, что каких-либо претензий ко мне не имеет, Пётр Олегович в сопровождении врача-хирурга, врача-невропатолога, врача-уролога, врача-невролога и врача-маммолога был доставлен в лечебное учреждение, которое сам возглавлял последние 5 лет своей жизни. От Дарьи мне, конечно же, досталось, но вот мама «Русалки» начала ко мне относиться и без того ещё более прохладно.

– Сегодня как у нас, всё в силе? Во сколько там, напомните, пожалуйста? – размеренно начал я переходить к официальной части разговора.