Но даже этот слегка омрачающий факт совершенно не портил такой чудесный, светлый день. Я была очень оптимистичной и радостной, что со своим организмом, слабым иммунитетом и неуклюжестью по жизни, являющееся невероятно адской смесью, сумела протянуть до совершеннолетия. Природа также улыбалась мне сегодня буйством красок и звуков, которые наконец стали доходить до моего сознания. Мой музыкальный слух это чувствовал более остро и тонко, чем у обычных людей. Я различала дуновение ветерка, играющий позеленевшей листвой на деревьях, различала чудесное пение птиц, летавших над головой в ясном, безоблачном небе, когда я медленным, прогулочным шагом шла по тротуару. Слишком идеализировано замечала шорох травы, различала капли росы на тонких стволах, я сумела разглядеть всё это, словно не только слух, а и все остальные чувства оказались на пределе и вдруг, в один момент, обострились. Словно я стала одним из мутационных экспериментов наравне с самой Вселенной.
Представьте, что вас кто-то укусил или вы съели что-то из ряда вон выходящее. У вас появились особенные способности, например, быть телепатом, путешественником во времени или же обладать бессмертием, прям как в этих фильмах про спасение мира, так вот. В данный момент я чувствовала себя супергероем. После освобождения тайны на волю, будто во мне вновь открылся дар слышать любой шорох, любой шаг или же звон. И это было чертовски круто. Я возвращалась к жизни. Вновь научилась дышать полной грудью. Словно прошедшие годы была глуха, а теперь, раскрыв своё сердце перед избранным путём, я могла услышать, почувствовать и созерцать всё, находящееся в поле зрения. Так происходит каждый раз, когда человек становится ближе к своей мечте. Ближе к духовному восстановлению.
– Лорейн, – воскликнула я вместо приветствия, когда вошла в уже ставшей родной подсобку и одновременно помещение персонала.
– Миа, – в такой же манере ответила она, слегка удивлённо, – не ожидала увидеть тебя сегодня!
– Я тоже не думала, что зайду. Но мне вдруг взбрело в голову, что Джонни будет интересно узнать, что я всё еще жива и здорова, – улыбнулась я этой красивой женщине, разгладив несуществующие складки на юбке.
– А ты всё шутишь, – расхохоталась она во весь голос и направилась обратно в основной зал, не понимая, что совсем не шучу.
Я немного удивилась такому холодному приёму. Обычно, Лорейн невозможно заткнуть, она всё болтает и болтает, словно до этого ей затыкали рот кляпом, и я с лёгкостью узнаю все новости! А сейчас происходило что-то невероятное, невообразимое, будто бы мою подругу подменили. Она даже не обняла меня. Стало еще обиднее, потому что мало того, что все забыли о моём дне рождении, так еще и разговаривать не желали.
Я утихомирила свою обиду и ярость, придерживаясь своей первоначальной цели. Мне нужно было увидеться с Джонни и попросить отпускные и зарплату за прошлую неделю. Я быстрым шагом вышла из каморки вслед за Лор и наткнулась на Уилла.
– Здравствуй, красотка, – поприветствовал он, пытаясь использовать невинный флирт, касаясь моей руки.
– И тебе не хворать, – огрызнулась, проходя мимо, даже не удостоив его взглядом.
И вот она – дубовая дверь моей цели. Я постучалась и бесцеремонно вошла внутрь. Джонни сидел и курил трубку, вальяжно закинув ноги на стол.
– Ты серьёзно? – поинтересовалась я, в недоумении сдвинув брови.
– А что тебе не нравится? – в свою очередь спросил он, пожимая плечами.
– Джонни, это не эстетично – класть ноги на стол.
– Деточка, не учи меня манерам в моём собственном кабинете, – проворчал он.
– Еще раз назовёшь меня деточкой, снесу голову к чертям собачьим, – обольстительно улыбнувшись, сказала я.
Джонни громко заржал. Его кривые и жёлтые зубы во всю ширь раскрывали зрелище на его ужасный рот. Я от отвращения содрогнулась и зажмурила глаза, пока его поток веселья не приутих. У человека полно денег, а он не может найти время привести свои зубы в порядок! Вот, до чего доводит курение.
– С днём рождения, кстати, – неожиданно добавил мужчина.
Я неподвижно стояла посреди кабинета, вылупив на него свои и без того большие глаза. Мой шеф загадочно улыбнулся и вынул из нижнего шкафчика конверт.
– Держи, это твоё, – заявил Джонни и подошёл ко мне ближе, вручая пачку прямо в руки, обычно, у него настолько ленивая задница, что он просит подойти к нему. – Теперь ты свободна от этой ужасной работы, – неожиданно сказал Джонни, приобняв меня за плечи, – я рад, что ты стала моим коллегой и извини за ненужные придирки и крики, – подмигнул он и поцеловал меня в лоб, даже как-то по-отечески, медленно отошёл к своему столу, присаживаясь обратно в кресло.
– Это что, прощание? – спросила я, улыбнувшись сквозь невольно капающие слёзы.
– Не плачь. Я уверен, тебя ждёт прекрасное будущее, а теперь иди, потому что там начнётся твоя настоящая жизнь, деточка, – подмигнул он мне, взглядом выгоняя из комнаты.