Читаем 10 секунд полностью

– КАК ЭТО УЖЕ ДВА ЧАСА?! – закричала я, буквально выпрыгивая со своего спального места, но это была непростительная ошибка. Голова моментально закружилась, я лишь вздохнула и продолжила, – Боже, мне же нужно подготовить платье и туфли, сделать что-нибудь на этой голове из этой соломы, – я вытянула прядь волос, – потом накраситься … Ты видела эти круги под глазами?! – оттянула я посеревшие веки, вновь сорвалась на крик, измеряя комнату быстрыми шагами от одного угла в другой.

Я видела, как Олив вслед за мной встала с кровати, подошла ко мне, крепко схватив за плечи, заставляя остановиться. Не знала, что она такая сильная.

– Я помогу тебе выглядеть хорошо, – начала она, но вдруг вздохнула, – но попрошу одно условие.

– Какое?

– Ты поговоришь с Алексом обо мне, – попросила она.

– Он тебе нравится?

– Да.

– Но есть одно «но»?

– Да?

– Ты слишком стеснительная, чтобы говорить с ним на чистоту?

– Да. Ты ясновидящая? – спросила подруга, улыбаясь во всю ширь.

– Нет, – рассмеялась я, – просто слишком наблюдательная.

– Так что?

– Хорошо, – согласилась я, обнимая Оливию. В этом деле помочь подруге я всегда готова.

Минуту спустя, я уже стояла в ванной комнате вместе с Оливией и чистила зубы. Мы делали это наперегонки. Оливия пыталась выиграть меня, но попытки были тщетны. Её рука двигалась неимоверно быстро, а рот был настолько широко раскрыт, что я невольно испугалась, как бы он не порвался, как в японской страшилке про женщину по имени Кушисаке Онна. Но я, младшая сестра, пытавшаяся победить старшего брата в таких гонках, была закалена и спокойна. Тем более человек, который вечно опаздывает, уже во сне может чистить зубы. Поэтому в конце концов победа осталась за мной. Ну, а так как мы были уже взрослыми людьми, то играли не на «просто так». Оливия проиграла мне поход в кино, и я была безмерно этому рада. Тот момент, когда твои недостатки превращаются в достоинства.

Быстро спустившись на кухню, мы застали маму за готовкой, по всей вероятности, уже обеда, состоявший из прожаренных сосисок в виде осьминожек и варенных макарон.

– Мамочка, доброе утро, – заговорила я, целуя женщину в пухленькую, румяную щеку.

– Здравствуйте, миссис Джонс, – поприветствовала Оливия мою маму.

– Так девчата, садитесь за стол, я буду подавать … – она немного замялась, – завтрак? – её брови приподнялись в вопросительном жесте. – Нет. Всё-таки обед, – решение пришло само собой.

Я, словно стая голодных волков, набросилась на пищу в своей тарелке, прикончив всё за считанные минуты. Быстро выпив апельсиновый сок, для поднятия сил и духа, потянула до ужаса медлительную Оливию обратно наверх.

– Мам, погладь, пожалуйста, платье, – крикнула я на ходу, унося подружку вверх по лестнице в свою комнату. А подруга пыталась не отставать и при этом не уронить тарелку с едой, которую прихватила с собой, ловко прожевывая все по пути.

В моей голове пульсировали противоречивые мысли, а душу захватили разнообразные эмоции. Я, словно маленький ребёнок, собирающийся на некий праздник, стремилась так яростно быть красивой и одновременно настоящей. Меня не привлекала идея стать одной из тех модельных кукол, готовые подставлять своё лицо под нереальное количество тонального крема и пудры. Нет, я не против моделей. На большую их часть можно равняться и стремиться стать такими же стройными и карикатурными. Но иногда я задавалась вопросом, а стоит ли всё это какого-либо смысла? Они сидят на диетах, терпят пытки парикмахеров, стилистов и визажистов, стоят сутками под камерами, постоянно переодеваются в черти что, но в конце концов оказываются на седле.

Да, в этот вечер я хотела преобразиться в одну из тех «глянцевых» красоток. Стать как они – улыбчивой, слегка сентиментальной, но всегда оставаться при своём мнении. Я до ужаса хотела понравиться родителям Джейка, какими бы они не были. Я надеюсь, Оливия мне поможет, потому что в общем-то я не такой безнадёжный случай.

– Ты думаешь, я смогу понравиться их «свите»? – спросила я, дрожащим голосом, сидя перед зеркалом, наблюдая за своим напуганным лицом.

– Я в этом более, чем уверенна, – утвердительно кивнула она, продолжая накручивать мои с рождения прямые волосы.

Часто, наблюдая за своими сверстницами, просто прохожими или, чего греха таить, заглядываясь на собственных одноклассниц, я замечала, что девушки с прямыми волосами всегда стремились их накручивать, а девушки с волнистыми волосами хотят их выпрямить. Порой девушки с длинными волосами хотели во что бы то ни стало их отрезать, но вот коротковолосые жаждали длинные. Это истинная дилемма.

– Ты знаешь, что делать? – спросила я, вновь отрывая подругу от задания.

– Если ты еще раз прервёшь меня, я твою голову снесу, – пригрозила она весьма серьёзно, указав кончик плойки в потолок.