Проза прочее

Другой фотограф
Другой фотограф

Дмитрий Григорьев родился в Ленинграде в 1960 году.Учился на химическом факультете Ленинградского государственного университета, где занимался исследованием феромонов насекомых.Работал бетонщиком, плотником, мозаичником, оформителем, аспирантом, старшим лаборантом, старшим лейтенантом (ликвидатором последствий аварии на ЧАЭС), журналистом, редактором (редактировал разное – от книг до глянцевых журналов), стекломоем, оператором газовой котельной и т. д. (в общей сложности более 20 профессий).Автор многих публикаций в толстых и тонких журналах, нескольких книг стихов и прозы, член Союза писателей СПб, Землемер Незримой Империи, президент и один из отцов-основателей «Всемирной Ассоциации Любящих Изабеллу» (ВАЛИ), лауреат премии имени Н. Заболоцкого и т. д.

Дмитрий Васильевич Григорьев

Проза / Проза прочее
Один день мисс Петтигрю
Один день мисс Петтигрю

Мисс Петтигрю, дочь викария и скромная гувернантка, оставшаяся без работы, устраивается на службу к молодой актрисе и сразу попадает в светское общество Лондона 1930-х годов: роскошные ночные клубы, шикарные наряды, невероятные мужчины и любовные интриги. Тут бы ей опешить и сбежать к привычному – скучному, бедственному, но проверенному – существованию, но желание взглянуть на бомонд не на экране кинотеатра побеждает. И мисс Петтигрю остается. Она еще не знает, что один этот день изменит всю ее жизнь.«Один день мисс Петтигрю» – удивительно живая, яркая история, покоряющая читателя тонким юмором, жизнелюбием и женской мудростью. Имя Уинифред Уотсон стоит в одном ряду английской литературы вместе с Пеламом Гренвиллом Вудхаусом и Джеромом Клапкой Джеромом.

Уинифред Уотсон

Проза / Проза прочее
Ваша жизнь? Или в поисках настоящей любви
Ваша жизнь? Или в поисках настоящей любви

Что вы можете рассказать о себе самому себе? Если бы вы стали писать о себе книгу, о чем бы вы написали, какой бы она получилась? Оцените, насколько интересна ваша жизнь для вас? Оцените, насколько ваша жизнь интересна для ваших детей? Для окружающих? Найдите всё то, чему вас жизнь научила. Что это за опыт? Можете ли вы этот опыт передать детям? Этот опыт несёт любовь или учит любить себя? Это книга поможет вам посмотреть на себя со стороны, оценить свою жизнь. Книга о каждом, книга о любви. Многие писатели пишут о ней, но единицы пишут о том, зачем вообще нужно любить. Многие пишут про эзотерические истины, но мало кто пишет, что они должны быть связаны с любовью к ближнему. Знания сами по себе бессмысленны, если не можете применить, и становятся глупостью, если применяются не в любви. Самая сложная задача в этой жизни для каждого – это научиться любить. Если вы ищете себя, то это книга для вас, и она будет вам очень интересна.

Павел Амурский

Проза / Проза прочее
В ожидании Божанглза
В ожидании Божанглза

Под восхищенным взглядом своего сына, под голос Нины Симон, поющей знаменитого «Мистера Божанглза», они кружатся в завораживающем танце. Их любовь – волшебство, их счастье безмерно, их жизнь – вечный праздник. Эта семья – Папа, Мамочка, сын и ручная журавлиха – воплощение гармонии и радости. И тон тут задает Мамочка – экстравагантная, непредсказуемая, веселая, любящая и любимая. Именно Мамочка наполняет дом мечтами и фантазиями, она вихрь из радости, веселья и неудержимого воображения. Но однажды этот вихрь уносит ее слишком далеко. Отец с сыном попытаются сделать все, чтобы удержать неудержимое, избежать неизбежного, но безумная любовь слишком велика и сильна. Оливье Бурдо – литературная сенсация Франции, его дебютная книга буквально за считанные недели покорила всю страну. В этом небольшом романе, полном причудливости в духе Бориса Виана, печали и радости, безумия и любви, оригинальный юмор бьет через край. Название книге дала знаменитая песня Джерри Дж. Уокера «Мистер Божанглз», ставшая визитной карточкой магической Нины Симон.

Оливье Бурдо

Проза / Проза прочее
Зал прилета
Зал прилета

«Первый кондратий хватил Петра Михайловича осенью. Конечно, П. М., человек, по современным меркам, вполне культурный, знал, что архаическое «кондратий» на медицинском есть не что иное, как инсульт, а инсульта у него мимолетный врач даже не заподозрил, да и действительно, вроде бы никаких общеизвестных признаков инсульта, или, что то же самое, апоплексического удара, или, опять же, кондратия, кондрашки, – не было. Встал и пошел, только ноги слабые, и вдруг, уже в такси и гостинице, напала неудержимая дрожь: руки и все тело тряслись с жуткой силой, бросало в разные стороны. Но ведь не паралич, не потеря речи, даже голова не кружилась, так что ни о каком кондратии нечего было говорить, но П. М. нравилось так называть то, что с ним случилось в ноябре в Лондоне. Попал П. М. в Лондон той осенью в результате последовательности всех наиболее важных событий своей пятидесятипятилетней жизни. До поры до времени он жил обычно, в меру и неудачно, и удачно, не слишком сильно отклоняясь в поступках от нормы для своего происхождения и круга, однако отклоняясь в мыслях, что дало бы человеку умному и опытному основания предсказать вулканический выброс, который случился в судьбе П. М.»

Александр Абрамович Кабаков

Проза / Проза прочее