Драматургия

Чайка

Борис Акунин

Утренняя фея [=Та, которую не ждут]

События разворачиваются в когда — то бывшем богатым доме, в котором проживают хозяйка и трое ее детей. Женщина четыре года назад потеряла взрослую дочь, у нее затяжная депрессия, жизнь ее не радует, она запрещает своим детям играть, смеяться, ходить в школу. Однажды у них в доме появляется загадочная Странница.Ее лицо кажется таким знакомым. Очень скоро стало ясно, что это явилась к ним смерть. Детям она понравилась, они вовлекают ее в свои игры, учат смеяться. Гнетущая обстановка в доме поменялась в лучшую сторону — получилось так, что явление Странницы подарило людям счастливую и спокойную жизнь.

Алехандро Касона , Видас Юргевич Силюнас

Горечь королевского долга (СИ)

Мысленно мы переносимся в далёкий 1550 год, во времена рыцарей, больших королевств, турниров и прекрасных принцесс… Здесь есть место лишь для долга, чести, храбрости, мужества и доблести. В большом королевстве устраивают богатый турнир по случаю выдачи прекрасной принцессы за любого, кто победит в этом турнире. Учиха Саске – никому не известный странствующий рыцарь, который решает принять в нём участие…  

Автор Неизвестeн

Дерево превращений

«Конечно, знаете вы, дети,Не знать того вам было б грех,Что много чудных стран на свете,Но Индия чудесней всех.Она – еще южней Китая,В нее приехать – труд большой.Смотрите, вот она какаяИ я, индиец, вот какой!..»

Николай Степанович Гумилев , Николай Гумилёв

Лотерея

Лотерейный зал – своего рода символ общества, где человека возвыышают не добродетель и заслуги, а слепая удача да собственная оборотливость.

Генри Филдинг

Судьбы в режиме танго

Сергей Валериевич Добряков родился в 1969 году в Ленинграде. Закончил филологический факультет СПбГУ, затем аспирантуру в ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН. Преподавал в ЛГУ имени А. С. Пушкина, занимался научной работой. Имеет публикации, связанные с исследованием творчества Н. С. Лескова, К.Н. Леонтьева, А.А. Фета, И.С. Тургенева, А.А. Григорьева. В последние годы увлекся также литературным творчеством. Основная тема пьес и рассказов, вошедших в сборник «Судьбы в режиме танго», — самоопределение человека в разные исторические эпохи, среди как обычных, так и непростых обстоятельств. Возрастное ограничение 18+  

Сергей Валериевич Добряков

Машинистки

Мираж, иллюзии, которыми живут Сильвия Пейтон и Пол Каннингем, работающие машинистками в частной рекламной компании, стали основной темой спектакля. Они вбирают в себя бесплодные мечты и фантазии героев, неистраченные попытки на взлет, на любовь, на свободу выбора профессии. Листают временной календарь со скоростью десятилетий. За пять оторванных листков календаря пролетит жизнь Пола и Сильвии от знакомства, когда молодость полна смелых планов и желаний, до возрастного смирения, семенящего шага, до страха от того, что раньше было мечтой, до черты, за которой стоит звенящая тишина…

Мюррей Шизгал

И это только начало! (СИ)

Какой оборот имела жизнь Китнисс после её приезда в родной Дистрикт? С Голодными Играми покончено, Капитолий пал, во всех Дистриктах теперь как никогда царит мир и покой. Как девушка смирилась со смертью своей сестры и друзей? Как она начала "оживать" после всего произошедшего? Как вместе с ней оживали её близкие люди.

Огненная страсть (СИ)

Краков. 1943 год. Юная Анастейша Стил живёт в большой семье, которая еле-еле сводит концы с концами, но однажды удача поворачивается к ней лицом и ей выпадает шанс, устроится на хорошо оплачиваемую работу. Её жизнь наконец-то налаживается, но потом она узнаёт страшную тайну своего жестокого хозяина...

Слепой (СИ)

Я медленно двигался вдоль перехода, пока наконец не увидел сидящего на коленках парня, перед которым стояла жестяная кружка с поблескивающими монетками на дне. Всклокоченные, явно немытые русые волосы, серые пустые неподвижные глаза, устремленные куда-то вперед. Не по погоде тонкая куртка, распахнутая и открывающая худое тело под футболкой, джинсы и кроссовки, которые явно просят каши. Странный такой оборвыш, если бы он не пел.  

Завещание

Татьяна Александровна Пахоленко

Билет в один конец (СИ)

— Поздравляем, вы приняты на работу. Ждем вас в главном офисе завтра в девять часов утра. Автоматический голос, лишенный интонации, разлился по моему телу, как бальзам. Я поднялся с кресла, расслабил на шее галстук (никак не пойму, почему человечество до сих пор не отказалось от этого бесполезного и неудобного предмета), и пошел к выходу. Значит, победа! Завтра я вернусь сюда. Завтра начнется новая, интересная, и, что немаловажно, оплачиваемая жизнь! Нет, мне правда везет. В наше время получить такую работу — об этом мечтает, наверное, каждый. Ведь каждый на моем месте лелеял бы мечту когда-нибудь попасть ТУДА…

Марина Александровна Соколова , Любовь Салимова

Бред вдвоем

Эжен Ионеско

Кабаре «Медуза»

Жизнь прекрасных танцовщиц кабаре «Медуза», любовь и ненависть, черная магия и вечная юность, загадочные смерти и неизбежный рок, где жизнь, как неоконченная поэма о любви: все случится в самом загадочном заведении Санкт-Петербурга 1911 г. в преддверии грядущих перемен в Российской империи.

Оливия Таубе , Антония Таубе

50 оттенков серого : Семейная жизнь 5 лет спустя (СИ)

Их жизнь как сказка, но как долго она еще продлится?  Какие трудности им еще предстоит преодолеть? Когда у них появится обычная, спокойная, семейная жизнь?  Или же им не суждено прожить спокойную, тихую жизнь со своими детьми, забыв о трудностях, бедах, трагедиях. 

Маков цвет

Дмитрий Сергеевич Мережковский

Театр из-под пальца (сборник)

1. «Зашибись!» / штуковина: монодрама-ММужчина лет сорока, разработчик сайтов, пишет письма Роботу Вертеру (их содержание как будто намекает зрителю на тень «Страданий молодого Вертера» Гёте), а также проводит довольно странный сеанс психоанализа, а именно – рассказывает о своем прошлом облаченной в белой халат ростовой кукле: бабе-Яге, подаренной ему бывшей женой. Герой рефлектирует, пытаясь докопаться до «сути вещей» и понять, в чем же его ошибка, почему в середине жизни он оказался у «разбитого корыта» лучших чувств, почему расстался с любимыми (первая жена, Кира, ушла от него к подруге, вторая, Рита, – спилась; третья женщина, недоступная Мара, никогда не любила его), почему не смог сохранить «самое обыкновенное чудо». Его динамичные, почти «выпуклые» монологи, – синтез отчаяния и, в то же время, готовности к борьбе; энергия, заключенная в каждой фразе, «пробивает», не давая возможности отступить; заключительный же монолог «Стреляй!» – своего рода виртуальное самоубийство, однако между строк читается следующий за этим прорыв, очищение. Прочтений, впрочем, множество.2. «Мариниана, Че!» [Женщина extra-dry]: монодрама (Ж)Эмоциональные, на грани крика и шепота, монологи Марины, обращенные к Че Геваре, самой себе и неким одушевленным абстракциями, передают в первую очередь ее свободу от привычной любви в человеческом понимании. Героиня не привязана на земном плане уже ни к чему и ни к кому – и лишь тень блистательного команданте периодически взрывает ей мозг. Она и рада бы влюбиться, но понимает, что любить сердцем – как раньше – больше не может, и это не «поза»: сердечная любовь ведет, помимо всего прочего, ещё и к некоей телесной привязке к человеку, а это – зависимость, которой Марина всеми силами бежит. И потому, перестрадав, констатирует: «Если долго бить по одному месту, оно теряет чувствительность» – теряет некую чувствительность и её душа: точнее, она словно бы прячется за ширмой сознания, ну а любить мозг другого человека, не важно кого, не «стыдно», считает она. Так мозг Марины влюбляется в мозг Че – так тень Че появляется сначала во снах, а потом и в причудливой яви героини… В конце концов Марина понимает, что в этой реальности никогда не сможет обрести то, что зовется «истинной любовью человека к человеку»: смешав времена и пространства, она устремляется на граммофонной пластинке в прошлое, которого, лишь на первый взгляд, больше не существует.3. Конец. Конец апреля! (Расшифровка энцефалограммы)Некая больничка – то ли дурдом, то ли морг, то ли Тот Свет: непонятно. Сцена условно разделена на две половины: левая отдана Героине (она то прикована к распялкам, то сидит в инвалидной коляске/гинекологическом кресле, то лежит в кровати), правая – тем, кто пытается ее «вылечить»: Доктор, Обманутый Муж, Автор, Режиссер, Гитлер, Карен Хорни и т. д. Черт со Смертью наблюдают за происходящим и периодически высказываются. Смысл, в общем-то, прост – подача же материала довольна специфическая. Она изменила Мужу, но ее любовь, что называется, «не состоялась» – непонятно, опять же, «насколько жива» Героиня: верлибры, с помощью которых она изъясняется, звучат в ее устах довольно сумбурно, однако только благодаря им можно судить о силе чувства и степени внутреннего разлада женщины с самой собой и окружающим миром. Единственный по-настоящему сочувствующий ей человек – бывший муж. Монологи Героини сменяют реплики «лечащих» персонажей – Доктор ради денег готов совершить сделку с Гитлером и «ампутировать ей душу», Режиссеру нужно только кино, Автору – только книга… Обманутый Муж пытается выяснить, останется ли в живых его жена: «Вскрытие покажет» – отвечают ему. Между тем «снимается фильм» о том, как здесь и сейчас Героиня убивает свои лучшие чувства. Режиссер очень спешит: такого еще не было, он очень рассчитывает на успех. Кажется, будто Героиня все-таки сошла с ума, так в финале разговаривает «по ролям» с собственной душой – однако сумасшедшей она лишь кажется.4. «Сушняк»Персонажи практически не слышат друг друга – то, что каждый из них отвечает другому, будто бы не имеет отношения к только что сказанному. Для усиления эффекта можно использовать сетки, металлические прутья, пакеты и др. материал, разделяющий говорящих еще и зрительно. Довольно неожиданный набор персонажей – Трансвеститы, Психотерапевт, Дама С Невротической Потребностью В Любви, Алкоголик, Шут, Ромео и Джульетта и др. – позволяет работать над показом самых разных схем проявления «самого сильного на свете чувства». Любовь сравнивается с похмельным «сушняком»; все прелести «тихой семейной жизни» гротескны. Несмотря ни на что, персонажи снова и снова ищут объект. Лишь на момент поиска они забывают, что «любовь – это сушняк».

Наталья Рубанова

Она в отсутствии любви и смерти

«Она в отсутствии любви и смерти» — это одно из главных драматических произведений Эдварда Радзинского. Оно представляет собой важный ключ для понимания поэтики драматурга, который давно известен как мастер мелодрам и автор историй любви. В этой пьесе Радзинский описывает современную ему жизнь, где уже невозможны ни любовь ни смерть в том виде, как представляла классическая литература.

Эдвард Станиславович Радзинский

Человек за столом

– Вы хотите поговорить со мной? Что если на улице вы встретите человека, который предложит вам побеседовать? О чем вы захотите ему рассказать? О чем спросите? Какие ответы захотите получить? Этот человек ответит на вопрос, который вы сами не решитесь задать.

Павел Перовский

Дурацкая жизнь

Пьеса-предчувствие. Трагифарс. Спектакль о мечтателе, чудаке, поправшем быт и материальное благополучие ради спасения человечества…

Семен Исаакович Злотников

Мексиканский тупик (Дилемма Роуз)

Нил Саймон , Нил Марвин Саймон

Лифт [= Кухонный лифт]

Гарольд Пинтер

Лето на озере

Мес­то дей­ствия: Гос­ти­ная в лет­нем кот­тедже. Бе­лые глян­це­витые сте­ны, ос­ле­питель­но яр­кие от по­луден­но­го сол­нца. Пле­теная ме­бель. Мис­сис Фу­ну­эй удоб­но воз­ле­жит на ди­ване. Это пол­ная жен­щи­на в блед­но-ли­ловой ль­ня­ной одеж­де, с по­тем­невши­ми от по­та под­мышка­ми. На шее у нее ви­сят нес­коль­ко ни­ток аля­пова­тых бус. Она неп­рестан­но ути­ра­ет лоб ис­комкан­ным плат­ком. На по­лу воз­ле нее рас­сы­паны ки­ножур­на­лы и сто­ит кув­шин во­ды со ль­дом.

Теннесси Уильямс , Алексей Седов

Не верьте мужчинам...

Собрание сочинений в пяти томах, том 3Из послесловия:...Веселые, с мягким юмором и добрым отношением к жизни, комедии Софронова наполнены искренней радостью жизни и простотой чувств героев, их нравственной чистотой...Вл.Пименов

Анатолий Владимирович Софронов

Портрет художника-филиппинца

Ник Хоакин

Соня

Эта книга для мальчиков и девочек, о лете и мечте, а так же о дружбе и спасении. Мы — взрослые выросли, и забыли какие приключения нам встречались практически каждый день, какие сокровища были найдены, начиная от редкого пера и заканчивая перламутровой раковиной найденной на берегу реки. Иногда мы и представить даже не могли, что ждет нас за очередным поворотом.

Родион Андреевич Белецкий , Михаил Осташевский , Марина Бондарь

Лёд моих диких снов

Когда я убеждал себя в том, что мне нечего терять, я и помыслить не мог, что что-то всё-таки осталось. Большое и незримое, что не давало мне перешагнуть черту.Человечность.Это было она. Но сегодня я и её лишился.Лишился подле того, кому она вовсе не была знакома.Должно ли это меня успокоить?Успокоить, когда за стенкой лежат двое моих друзей в "черном тюльпане", ещё утром ходившие по этой земле.Война.Я в полной мере осознал, что у этого слова был солоноватый привкус железа. И бешеная боль потери и безысходности. Понимание собственного бессилия, когда натвоих глазах убивают невинных ребят. И лучшее, что ты можешь сделать — убить в ответ.

Ника Каирами

Русское варенье

Людмила Евгеньевна Улицкая

Линия Брунгильды

Марк Александрович Алданов

Мы не ненавидим друг друга (СИ)

Все думают, что они яростно ненавидят друг друга. Каждую миссию, в которой участвуют эти двое, уже можно считать почти сорвавшейся. Над ними уже подшучивает весь Институт, но эти двое продолжают вести себя как маленькие дети. Но вскоре им выпадает возможность поучаствовать в специальной миссии и покинуть Институт на несколько дней. Где им придется быть честными друг с другом. Ведь они знают, что никакой ненависти нет. Но есть что-то другое. То, что уже не получается игнорировать.  

Екатерина Казанцева

Кремлевские куранты

Николай Федорович Погодин

Семь пятниц Фарисея Савла

Судьба автора этой вещи необычна, как сама вещь. Родился в 1952 в Москве. Вырос в филологической семье, но стал пианистом по страстной любви к музыке; однако всю жизнь не мог отделаться от природной тяги к слову. Своему немалому литературному опыту, зачатому уже от знания букв, не придавал значения и не помышлял о публикациях до той поры, пока интерес к эзотерике не приоткрыл ему захватывающих глубин Библии.Два вопроса, слившиеся в один, родили предлагаемую вниманию читателя драму. Эти вопросы: что есть Бог, и что есть человек? Живым средоточием этих вопросов избирается личность невероятной судьбы – святой апостол Павел, в юности звавшийся Савлом, известным как смертоносный враг учеников Христа. Остросюжетное сценическое действо унесет читателя в Иерусалим последних месяцев жизни Иисуса из Назарета. Люди, близко окружавшие его, предстанут не в качестве святых: автору интересен сам процесс преображения обыкновенных людей в людей необыкновенных.Не искажая скупых евангельских сюжетов, авторский вымысел расширяет их предполагаемыми персонажами и предполагаемой правдой – ради возможности разглядеть, как может вспыхивать и разрастаться божественное пламя, тлеющее в потемках человеческой природы. Не на каждого Божий Дух обрушивается с такой мощью, как на упрямого фарисея Савла на дороге в Дамаск, но каждый может обрести в себе божественную благодать и мощь, если сильно того пожелает: такова мысль автора. И пусть не напрасно пересекает площадь храмовый стражник, непрестанно напоминая о кануне субботы, то есть о близости Бога.

Александр Ю. Андреев