Читаем Звездные фермеры полностью

Алан Зитцдорф еще раз вручную перепроверил расчеты борткомпьютера по траектории пространственного прыжка, убедился, что они абсолютно верны, и только тогда дал команду на загрузку. Борткомп довольно заурчал, считывая программу, и мигнул зеленой панелью. Корабль к прыжку готов! Прежде чем нажать «пуск», Алан Зитцдорф по традиции закрыл глаза и прочитал молитву. Этот момент очень нравится киношникам, во всех трех фильмах, что они сняли о лучшем астронавте Вселенной, эта сцена непременно фигурирует. Алан Зитцдорф закрывает глаза, камера снимает крупно его идеальный римский профиль, напряженный лоб и тихонько шевелящиеся губы. Да, перед каждым пространственным прыжком, перед каждым взлетом, перед каждой посадкой он непременно читает «Отче наш». Это его талисман. Кто-то прицепляет над пультом управления пушистых зверьков, кто-то клеит на переборки портреты Мэрилин Монро — самой знаменитой героини архаичного кино, а он, Алан Зитцдорф, лучший из лучших космоасов Вселенной последних трех лет, читал, читает и читать будет «Отче наш». Да, почему-то не всегда понятные слова молитвы этой архаической религии всегда приносили ему удачу. И поэтому он, Алан Зитцдорф, — лучший из лучших.

Алан прошептал: «Аминь» — и нажал на клавишу. Корабль вздрогнул, свет на панелях мигнул, в глазах полыхнуло красным и тут же потемнело. Алан почувствовал, словно проваливается в бездонный черный колодец. И вдруг, в тот самый момент, когда ты думаешь, что падение это будет вечным, оказывается, что у колодца дно все-таки есть. Такое мягкое, тягучее. Словно рухнул ты с огромной высоты в бассейн, заполненный гелем для бритья и ватными шариками. Есть удачный пространственный прыжок!

Почему-то из всех чувств, с помощью которых человек воспринимает окружающий мир, первым после пространственного прыжка восстанавливается слух. Вот и сейчас Алан услышал, как умиротворенно пыхтит борткомп, загружая заново программу. Теперь можно и отдохнуть, расслабиться. Алан осторожно приоткрыл глаза, привыкая к свету. Расслабил ремень, заложил руки за голову, сцепив пальцы на затылке, и предался приятным размышлениям. После прыжка — самое милое дело! Он с большим трудом удержался от соблазна подсчитать на калькуляторе, сколько получит за этот рейс, прибавить к этому суммы, лежащие на трех разных счетах в трех разных банках на трех разных планетах. Приплюсовать к полученной сумме средства, лежащие на его официальном счете в Астробанке, и еще раз приплюсовать к получившемуся кругленькую сумму, которую он получит за эти идиотские рекламные ролики от картеля, ставшего недавно монополистом по части производства молочных коктейлей. Но нет, пилот Алан Зитцдорф не доверит эти вычисления никакому калькулятору, даже у примитивных калькуляторов есть память, а свои тайны он не доверит никому и ничему, имеющему память. Лучше уж предаться просто приятным размышлениям. О чем бы таком хорошем подумать? Может быть, о той счастливой звезде, под которой он родился?