— Я — Ганнер Лоуни, — представился водитель, устало вытерев лоб рукавом костюма. — Племянник Джонни. Попал в переделку и переехал сюда из Техаса около десяти лет назад. Я должен был стать Учеником в Ордене, но не сложилось. И все-таки я нашел свою нишу. — Он улыбнулся. — Я умею водить и стрелять. В данный момент, конечно, абсолютно бесполезно. — И Ганнер кивнул на корзину. — А теперь полезайте. Я должен вернуться в машину и выбраться отсюда.

— А почему вы считаете, что мы сами справимся? — спросила Антигона.

— Потому что вы должны, — отрезал Ганнер. — Залезайте сюда, а я скажу, что вам делать.

Сайрус плеснул водой себе в лицо и поднялся на ноги. Антигона что-то проворчала и последовала за братом, подталкивая его к крутой, неустойчивой лестнице. Он аккуратно поднялся на нее, вздрагивая каждый раз, когда узенькие ступеньки вздыхали под его руками, а когда добрался до верха, выяснилось, что до края корзины еще надо дотянуться. Он притянул ее к себе, закинул ногу и перевалился внутрь, к Горацию.

Маленький адвокат застонал, и корзина закачалась.

Сайрус сел и вытянул руки навстречу Антигоне. Они ухватили друг друга за запястья. Антигона сжала зубы и от страха вытаращила глаза.

— Сай, если ты отпустишь, я тебя просто убью!

Сайрус улыбнулся.

— Если я отпущу, ты просто поплывешь вниз по реке.

Антигона прыгнула, стукнулась коленом о бортик корзины и повалилась вниз.

— Замечательно! — воскликнул Ганнер. — Сайрус, в передней части корзины должен быть рычаг. Дерни его по моему сигналу.

Сайрус нашел рычаг и стал ждать. С его ладоней пудрой осыпалась ржавчина.

Корзина резко дернулась, и в туннеле раздался скрежет крутящихся шестеренок. Сайрус привстал и заглянул за бортик корзины. Ганнер стоял у другого рычага в стене. По берегам реки начали открываться две большие заслонки. Течение обходило их, ускоряя их движение.

В потолке загрохотали какие-то механизмы, похожие на американские горки.

Сайрус посмотрел вверх. Корзина висела на изъеденном плесенью тросе, пропущенном через крюк с лебедкой, прямо над шумящей водой. По сторонам лебедки свисали два крючка поменьше с более тонкими канатами, поднимавшимися к потолку, где огромная пружина толщиной с ногу Сайруса поскрипывала и понемногу растягивалась.

— О боже. — Сайрус закусил губу и плюхнулся на ноги сестры. Антигона держала на коленях голову Горация и косилась на его раненое плечо.

— Кровотечение совсем прекратилось, — сказала она. — По крайней мере, снаружи.

Звяканье под потолком постепенно замедлилось. Прозвучал последний металлический щелчок, и затем воцарилась тишина.

— Доберитесь до Галерии! — раздался голос Ганнера в туннеле. — Кто-нибудь заберет Горация к госпитальерам. А сейчас ухватитесь покрепче и дерните за рычаг. Я разыщу вас позже, в Эштауне.

Сайрус придвинулся к сестре.

— Ну, Тигс, держись. Это идиотизм. Полный идиотизм… Ты готова?

Антигона всхлипнула и нервно поправила волосы.

— He-а. Даже не близка к этому. Ни на капельку. Так что давай.

Сайрус дернул за рычаг.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ЭШТАУН

Сайрус не знал, сколько времени занял путь, только чувствовал, что он был далеким, очень быстрым и очень темным. Их корзина подскочила и закачалась на ветру, кое-где задевая за стены, а кое-где практически черпая воду, а затем они миновали корзину, скрежещущую в противоположном направлении.

Одиннадцать раз корзина замедляла свой ход, и переключались какие-то рычажки. В туннеле перед ними сами собой загорались огоньки, трос подцепляли крючки, и по течению реки открывались заслонки, а застарелые, запыленные от времени пружины распрямлялись в потолке. Одиннадцать раз они стартовали с новых мест, и свет гас за их спинами. А потом Сайрусу надоело считать.

Туннель тем временем преобразился. Кирпичи сменила каменная кладка, и в стенах и потолке начали проглядывать остовы старых арок. На каком-то повороте у стены болтался прогнивший каркас старой корзины.

В другой раз река ушла направо, а трос повел их в гораздо меньшее круглое отверстие в стене тоннеля.

Когда вспыхнули новые огни, под ними показалась уже другая река.

После того как корзина последний раз замедлила ход и остановилась, Антигона заныла.

— Мне еще до этого было плохо! Сайрус, ты там ничего не видишь? Нас опять будет швырять, как из рогатки? Я больше не вынесу.

Сайрус сел прямо. Он слышал щелканье шестеренок и журчание воды, но звук был другой. Никакого звяканья. Никакого поскрипывания пружин. Он аккуратно поднялся на колени и стал вглядываться в темноту.

С треском загорелись две запоздалые лампочки. Одна из них взорвалась, и осколки посыпались в реку. Другая поморгала и удержалась.

Течение реки приводило в движение каменное водяное колесо. Колесо в свою очередь запускало две позеленевшие от времени шестеренки, которые затягивали трос куда-то в отверстие в потолке, а затем выводили обратно через другое. Небольшие подъемные площадки на петлях, около полуметра в диаметре, поднимались и опускались вместе с тросом.