Читаем Зря ты приехала полностью

Занавески горели.

– Ты делаешь мне больно!

Джо не ответил, но ослабил хватку настолько, что я смогла вырваться. Я развернулась и с размаху ударила его кулаком в пах. Он со стоном рухнул на пол, но, когда я попыталась убежать, схватил меня за лодыжку, и я тоже упала. Я пнула свободной ногой, изо всех сил стараясь освободиться.

Облако дыма заволокло потолок. Я дышала слишком часто и втягивала в грудь слишком много дыма. Дым щипал глаза, обжигал, врывался в легкие, заставляя кашлять.

– Я спасаю тебя, Грейс, – сказал Джо. – От Келвина.

Я невольно разинула рот, а Джо наконец-то выпустил мою лодыжку, позволив мне отползти в сторону.

Я увидел пожар, как только въехал на подъездную дорожку. В окне гостиной плясало пламя. Я прибавил скорость, давя на педаль газа.

– Эй, к чему такая спешка? – недоумевающе спросил Альберт, потягивая из горлышка «Джек». Виски потекло по его подбородку и пролилось на рубашку.

– Я же велел тебе здесь не пить!

Он вытер виски с подбородка указательным пальцем и облизал его.

Ударив по тормозам, я с криком:

– Грейс! – выпрыгнул из грузовика и побежал к дому.

Грейс я нашел в гостиной – она отползала от горящих штор. Огонь уже перекинулся на стены и потолок, комната была окутана дымом.

Перепрыгнув через Грейс, я бросился на кухню и выхватил из-под раковины огнетушитель. Едва я выпрямился и повернулся, как получил такой удар в лицо, что из носа потекла кровь. Только спустя мгновение я понял, что передо мной стоит Джо, кипя от злости, сжимая кулаки. Он был грязным, в крови и совсем не походил на моего брата. На его руках и шее вздулись вены, глаза стали черными, как два куска угля.

– Что ты наделал?!

– То, что должен был сделать давным-давно, – ответил он, отводя руку для нового удара.

Он замахнулся, и я блокировал выпад огнетушителем. Его костяшки хрустнули о металл, Джо закричал от боли и затряс рукой. Его пальцы не разгибались, и я сразу понял, что некоторые из них сломаны. Я ткнул огнетушителем ему в челюсть и отшвырнул назад. Джо рухнул без сознания, ударившись затылком об пол.

Перешагнув через него, я побежал в гостиную.

Грейс исчезла.

Альберт кашлял в дыму, хлопая по занавескам подушками.

– Отойди! – крикнул я.

Он оглянулся на меня, уронил подушки и отодвинулся.

Я без остановки поливал из огнетушителя занавески и стену, пока огонь полностью не погас. Нет, я не допущу, чтобы ранчо снова сгорело.

Бросив огнетушитель на диван, я услышал, как позади заскрипели половицы. Едва держась на ногах, Джо прислонился к кухонному столу. Он так прищурил глаза, что между его веками вряд ли удалось бы просунуть листок бумаги. Я не был уверен, что он вообще меня видит.

– Келвин – золотой мальчик, всегда спасает положение.

Джо покачал головой и раздраженно фыркнул.

Я вскинул руки вверх.

– Какого хрена ты делаешь? – Держа кулаки наготове, я сделал несколько шагов к брату, готовый снова надрать ему задницу.

– Ранчо еще в первый раз должно было сгореть, – сказал он.

Я попытался заглянуть ему в глаза, но он как будто смотрел сквозь меня.

– Как ты можешь так говорить, Джо?

Он слегка приподнял веки, давая понять, что меня видит.

– Мама с папой не погибли в пожаре. Мама убила отца, а потом покончила с собой.

– Нет, они погибли в огне. – Я покачал головой. – Ты лжешь.

Я услышал, как за моей спиной закрылась сетчатая дверь, и быстро оглянулся. Альберт выскочил из дома.

– Нет, не лгу, Келвин. Похоже, у тебя с мамой есть что-то общее.

Не совсем понимая, о чем он, я сделал шаг назад… Скорее попятился. Перед глазами поплыл туман, я как будто смотрел сквозь грязное окно.

Все это время никто, ни один проклятущий человек не сказал мне правды о моих родителях… О том, что с ними случилось. Кто об этом знал? Очевидно, департамент шерифа и доктор Рид. Знала ли Бетти? Уайатт? Шарлотта? Неужели весь гребаный город знал?

– Ты лжешь, – сказал я, не веря своим ушам.

– Ты же знаешь, что я не самый большой лжец в семье. – Джо шевельнулся, пытаясь стоять прямо, но его перекосило вбок. – Самый большой лжец – ты. Здесь царит темнота. Разве ты ее не чувствуешь?

Пошатываясь, он прошел мимо меня к входной двери.

– Я знаю, ты чувствуешь ее, Келвин, потому что она и в тебе тоже.

Сетчатая дверь захлопнулась за ним.

Вдалеке завыли сирены.

Я хотел догнать Джо, как вдруг вспомнил о Грейс и, широко распахнув глаза, бросился бежать по коридору.

В ее комнате было темно, как в бочке, и тихо. Порыв ветра со свистом ворвался в окно, раздув занавески.

Включив свет, я позвал:

– Грейс!

Сетка от насекомых была вынута, окно распахнуто настежь.

– Грейс! – крикнул я, высунув голову из окна.

Снаружи ничего нельзя было разглядеть – только красно-синие огоньки вдалеке. Я поставил ногу на подоконник, но замер, услышав шорох в шкафу. Убрав ногу с подоконника, я подошел к шкафу и открыл дверцу.

Закрытый зонт ударил меня концом в грудь, и я с хрипом упал навзничь. Грейс держала зонтик в трясущихся руках. Я схватил ртом воздух и прижал кулак к грудине там, куда она ударила.

– Грейс, – выдохнул я. – Ты в порядке?