Читаем Зря ты приехала полностью

Прежде чем войти, я снял рабочие ботинки, а когда толкнул дверь, в нос ударил незнакомый запах. Земляной, сладкий, кисловато-мясной. Это ничем не напоминало то, что я обычно готовил.

Я застал Грейс на кухне у плиты. B тех же легинсах, что и утром, она покачивала бедрами, помешивая деревянной ложкой в сковороде. По радио тихо играла песня кантри, на столешнице рядом с моей гостьей стояли бокал вина и открытая бутылка. Грейс явно не слышала, как я вошел, и я обрадовался, что у меня есть время понаблюдать за ней, как следует ее рассмотреть. Черт возьми, она хорошо смотрелась в этих легинсах.

Прислонившись к стене, я отряхнул пыль с рубашки, чтобы придать себе хоть сколько-нибудь приличный вид.

– Что вы делаете, Грейс?

Она слегка подпрыгнула и быстро обернулась с приоткрытым ртом, но заставила себя улыбнуться. Отложила деревянную ложку, взяла бокал с вином и медленно отпила.

– Готовлю вам нормальную еду.

– В самом деле?

Я сунул руку в передний карман джинсов. Рядом с Грейс я никогда не знал, что делать со своими руками, потому что мне хотелось к ней прикоснуться.

– О да, в самом деле. – Она поставила бокал на стол.

– А я-то думал, что ужин, который я приготовил для вас вчера вечером, был вполне нормальным. Но я заинтригован, мисс Грейс. Что для вас является нормальной едой?

Я ухмыльнулся.

– Идите сюда, я покажу. – Она поманила меня и начала помешивать в одной из кастрюль.

Я двинулся было к ней, как вдруг услышал кудахтанье, которое звучало все громче, быстрее и отчаяннее, и сразу понял, какую серьезную ошибку совершил.

– Черт! – завопил я, устремляясь в гостиную.

Там я схватил с каминной полки дробовик 12-го калибра, а в коридоре надел рабочие ботинки.

– Что случилось? – воскликнула Грейс.

Распахнув сетчатую дверь и выскочив на крыльцо, я услышал, что она бежит за мной. Времени на объяснения не было, поэтому я не ответил.

Куры и утки сбились в кучку на одной стороне пруда. Утки вопили, куры без устали кудахтали. Бегом бросившись туда, я заметил на другой стороне пруда пару лежащих цыплят. Их головы были полностью оторваны, вокруг шей собрались лужицы крови.

Позади меня вспыхнул свет, я быстро обернулся и увидел Грейс с фонариком в руке – она отстала от меня всего на несколько ярдов.

«Умница девочка», – подумал я. Пока я бежал к пруду, она водила лучом фонарика во все стороны.

Я поднял дробовик, готовый выстрелить, и стал искать зверя, который это натворил. Теоретически я тоже приложил руку к случившемуся.

Грейс теперь была всего в паре шагов от меня, и у нее перехватило дыхание, когда она заметила мертвых цыплят. Здесь к смерти привыкаешь, вокруг слишком много хищников.

Наконец я заметил его – он жевал цыплячью голову. Зверь трех футов длиной от носа до хвоста, весом по меньшей мере тридцать пять фунтов; его глаза горели желтыми лунами. Неподалеку от него валялась тушка цыпленка.

Прицелившись, я выстрелил и промахнулся на несколько дюймов. Вот везучий ублюдок.

Енот бросился наутек, второй выстрел тоже просвистел мимо цели. Дерьмо!

Времени на перезарядку не было.

Зверь сбежал, а четыре моих цыпленка были мертвы. Впрочем, мне повезло. Енот мог бы уничтожить всю стаю за считаные минуты.

Я глубоко вздохнул, опустил дробовик и вытер пот со лба.

– Вы в порядке? – спросила Грейс. Стоя рядом со мной, она глядела на меня снизу вверх своими голубыми-преголубыми глазами.

– Да, – сказал я, качая головой.

Грейс явно сбило с толку несоответствие моего ответа и жеста. Со мной все было в порядке, но я злился на себя за то, что допустил такую ошибку. Что, если бы погибли самые ценные питомцы? Это могло стоить мне состояния.

– Я забыл загнать птиц в курятник, а здесь это все равно что позвонить в колокольчик, приглашая хищников к обеду.

Теперь, когда зверь исчез, птицы вели себя гораздо тише.

– Поверить не могу, что енот натворил такое, – сказала Грейс, глядя на окровавленные тушки.

Я хмуро посмотрел на нее.

– Может, они и выглядят милыми и пушистыми, но не позволяйте себя одурачить. Еноты – жестокие убийцы.

Она встретилась со мной взглядом.

– Что вы теперь будете делать?

– Надо избавиться от мертвых цыплят. Они привлекут еще больше хищников, которых здесь полно. Потом надо будет запереть остальных птиц в курятнике.

– Я помогу, – без колебаний предложила она.

– Ничего, справлюсь, – отмахнулся я. – А вы идите ужинать.

– Нет, я хочу помочь, и тогда мы сможем нормально поужинать вместе.

Грейс не улыбнулась, но это как будто сделали ее глаза. Я кивнул и ответил улыбкой на улыбку, которой она меня не одарила.

Большинство женщин не могли смириться с суровой жизнью на ранчо. Но Грейс явно не относилась к большинству.

* * *

После того как мы покончили с делами, я принял душ. Грейс загнала цыплят и уток обратно в курятник, пока я избавлялся от тушек цыплят. Она снова меня удивила, когда отказалась вернуться домой и помогла с худшей частью работы.

Идя по коридору в чистой футболке и спортивных штанах, я почуял сладкий, кисловатый, землистый аромат. Было поздно, и я сказал, что необязательно ждать, пока я приму душ, но она настояла на том, чтобы поужинать вместе.