Читаем Золотой город полностью

На крышу выходило несколько дверей второго этажа. Испуганные появлением человека летучие мыши взметнулись в воздух, громко хлопая крыльями. Нора хотела спрятаться в одной из комнат, однако быстро отбросила эту идею. Здесь ее слишком легко выследить. Лучше перебираться с крыши на крышу, выжидая подходящего момента, а потом удрать в долину.

Она кралась мимо зияющих проемов, время от времени замирая и прислушиваясь.

Еле уловимый звук шагов в темноте показался ей громовым раскатом. Нора заозиралась. Беспрестанное журчание воды мешало определить, откуда донеслись шаги. Может, преследователь крадется за ней по пятам? А может, затаился у подпорной стены и ждет, когда она приблизится?

Тишину вновь нарушил скрип песка под ногами, причем более громкий и отчетливый. Теперь Нора не сомневалась — звук долетел снизу. Она легла на живот, подползла к краю крыши и вгляделась в темноту. Никого.

Начальница экспедиции поднялась на ноги. Аромат сорванных цветов, сладкий, приторный, бил в ноздри. Сердце колотилось под ребрами, готовое выпрыгнуть наружу. Услышав тихий стук лестницы, приставленной к крыше, она опрометью кинулась к ближайшему дверному проему.

Прижавшись к стене темного помещения, Нора судорожно хватала ртом воздух. Все ее наивные уловки оказались ни к чему. Охотник превосходит жертву по всем статьям: он хитрее, сильнее и проворнее. Темнота играет ему на руку. И он ни за что не упустит добычу.

Только она все равно не станет сдаваться без боя. А чтобы хоть немного уравнять силы, ей необходимо оружие. И Нора его добудет.

В комнате царила прохлада. Женщина огляделась по сторонам. В углу громоздились маски каких-то воинственных богов. Их пунцовые рты злорадно ухмылялись. В воздухе висел запах плесени и крысиного помета. Она юркнула в следующую дверь и оказалась в помещении, еще более темном. Двигаться здесь приходилось на ощупь.

Нора пробралась в третью комнату. Лунный свет, проникавший сквозь трещину в крыше, играл на обсидиановых наконечниках копий, расставленных вдоль стены. Выбрав пару самых легких, она двинулась дальше.

Профессиональная память не подвела. Нора вовремя вспомнила, где хранилось оружие, и сумела сориентироваться среди темных комнат. А ведь в Квивире насчитывались сотни жилых строений, и она вполне могла ошибиться.

Вот и следующее помещение. Тусклый свет проникал сюда через распахнутую дверь. Нора облегченно выдохнула. Все правильно, комната выходит на крышу. Беглянка забилась в самый темный угол и замерла, напрягая слух.

Наверняка преследователь скоро появится. Она пристроила копье на плече. Потные пальцы скользили по дереву, казавшемуся почти невесомым. Невероятная глупость — надеяться при помощи древней палки поразить оборотня. Но покорно ждать неизбежного конца — еще более глупо. Человек-волк, конечно, обладает неимоверной ловкостью и силой. Однако и он смертен, тут Нора не сомневалась. А значит, исход схватки не предрешен.

Шаги раздавались совсем близко. Она затаила дыхание. Да, идет сюда. Приторный запах цветов становился почти невыносимым. Отчаянно силясь подавить приступ паники, женщина крепче стиснула древко. В дверном проеме возникла тень — черный силуэт на фоне черного прямоугольника. Пронзительно взвизгнув, Нора метнула копье и тут же бросилась к дальней двери, ведущей в последнюю комнату. Ей казалось, она слышала, как обсидиан с жутким сосущим звуком вошел в живую плоть, но человек-волк не издал ни крика, ни стона.

Нора выбралась на плоскую крышу и заметалась, выискивая путь вниз.

Сзади раздался какой-то скрежет, и страшная тяжесть навалилась ей на спину. Завопив от ужаса и неожиданности, Нора попыталась вырваться. Волчья шкура, тошнотворно смердящая потом и увядшими цветами, прижалась к ее лицу. Кроваво-красные глаза, сверкавшие сквозь прорези кожаной маски, приблизились почти вплотную. В воздухе блеснуло лезвие обсидианового ножа.

Нечеловеческим усилием Нора вывернулась. Удар пришелся в лодыжку. Не обращая внимания на резкую боль, она подкатилась к краю крыши и рухнула вниз. Благополучно приземлившись на кучу песка, женщина сразу вскочила. Поблизости темнел один из дверных проемов первого этажа. Нора бросилась туда. Ее слуха коснулось чье-то жалобное всхлипывание. Лишь через три шага ей удалось сообразить — звуки издает она сама. Нога отчаянно болела, кровь теплым ручейком бежала по лодыжке.

С глухим шлепком снаружи упало чье-то тяжелое тело. Прихрамывая, Нора промчалась через несколько коридоров и нырнула в крошечное тесное помещение. Двери отсюда вели на центральную площадь. Съежившись в темноте, она лихорадочно соображала, как поступить. В нос бил резкий запах крови. Вероятно, рана глубже, нежели показалось вначале.

Топот бегущих ног заставил ее вскочить. Как только луна выйдет из-за туч, преследователь с легкостью обнаружит жертву по кровавому следу. И тогда запах крови растворится в приторном запахе мертвых цветов, упоительном и мерзком одновременно.