— Ты хочешь получить длинный ответ или короткий?

— Подойдет любой.

— Если лот снимут с аукциона, люди начнут задавать вопросы, на которые аукционисты не смогут ответить, пока не распознают подделку.

— Они могли бы отвертеться, если бы захотели.

— Возможно. Но они достаточно заняты опровержением жалоб насчет холокоста, чтобы не добавлять себе новых проблем. А после антимонопольного дела ни «Кристис», ни «Сотбис» не могут себе позволить еще одного громкого скандала. Это, кстати, был длинный ответ.

Дженнифер кивнула. Наследники жертв холокоста обвиняли оба аукционных дома в продаже произведений искусства, взятых из их семей нацистами. Доказательств не было, но новость о том, что оба дома выставляют на аукцион одну и ту же картину, вряд ли помогла бы восстановить изрядно пошатнувшуюся репутацию.

— Значит, вы не хотите предавать это дело огласке.

— До тех пор пока сами не разберемся, с чем имеем дело. — Грин сделал неопределенный жест пальцами. — Поспрашивай тут. Посмотри, что удастся выяснить, не поднимая шума. Коул и Хадсон согласны с тем, что это не случайность. В Нью-Йорке кто-то занялся подделкой произведений искусства, и мы должны узнать все. Важно не спугнуть их, пока не получим доказательств.

— Еще один вопрос, сэр. — Дженнифер остановила Грина, когда тот уже почти шагнул под подставленный одним из его людей зонтик, чтобы проследовать к лимузину. — Почему я?

Этот вопрос терзал ее с самого утра. Последний раз она разговаривала с Грином год назад, да и тот нельзя было назвать полноценным общением — так, пара фраз. Дженнифер понимала: ей должно льстить, что выбор пал на нее, — но достаточно давно работала в ФБР, чтобы подозревать наличие скрытых мотивов.

— Потому что ты хороший агент. Потому что ты этого достойна.

— В Бюро много хороших агентов.

Грин повернулся и задумчиво посмотрел ей в глаза. У Дженнифер возникло ощущение, что таким способом директор пытался убедить ее в собственной искренности.

— В пресс-службу позвонили на днях, какой-то журналист. Ли Льюис. Пишет для одной из «желтых» газетенок — «Американ войс». Знаешь такую?

— Нет, — ответила Дженнифер, не понимая, к чему он клонит.

— И хорошо, — хмыкнул Грин. — Не понимаю, кто может читать такую чушь. В общем, у этого журналиста неплохие источники информации, потому что он спрашивал о деле «двойного орла».

Глаза Дженнифер расширились. Насколько она знала, дело было все еще засекречено. Совершенно секретно. И не без причины. В деле была информация по давней операции ЦРУ, промышленном шпионаже и краже из Форт-Нокса. Все следы вели к Белому дому. Неудивительно, что Грин так осторожничал.

— Что он знает?

— Не много. Но он знает имя.

— Мое? — догадалась Дженнифер.

Грин кивнул.

— Разумеется, пресс-служба не дала никаких комментариев, но, учитывая крайнюю щепетильность того расследования и твое прошлое…

Грину не было нужды заканчивать предложение — Дженнифер прекрасно поняла, о чем он. Несколько лет назад, во время облавы на наркоторговцев, она случайно попала в одного из своих, собственного бывшего инструктора из Куантико. Офицер умер. Поднялась страшная шумиха. И хотя вина с нее была полностью снята, это не помешало прессе спекулировать на этой теме, а сотрудникам ФБР — сплетничать. Дженнифер перевели в Атланту, как говорили, пока не уляжется скандал, но она понимала, что ее просто хотели убрать подальше.

— Вы же не думаете, что Льюис откажется от этой истории?

— Мы делаем все возможное… неофициально. Но для этого требуется время. Вот почему, когда позвонил Хадсон, я подумал о тебе. В наших обстоятельствах это наилучший вариант.

— То есть? — нахмурилась Дженнифер. — В каких обстоятельствах?

— В этом деле необходимо работать очень скрытно. На несколько месяцев ты исчезнешь из поля зрения Льюиса. Идеальный вариант! — воскликнул Грин, явно наслаждаясь столь изящным решением проблемы.

Сердце Дженнифер замерло. Напрасно она надеялась, что ее действительно выбрали за профессиональные качества, — Грин всего лишь хотел сплавить ее подальше, туда, где она не сможет ничего натворить. Две недели бессонных ночных дежурств уже не казались столь безрадостной перспективой.

— Меня отстраняют?

— Конечно же, нет, — ответил Грин, слишком поспешно, как показалось Дженнифер. — Я бы не назначил тебя на это дело, если бы не считал его важным, а тебя — достаточно подготовленным специалистом. Это возможность проявить себя, а не наказание. Но до тех пор пока мы не узнаем, что известно Льюису и откуда он берет информацию, я не хочу, чтобы ты предпринимала какие-либо рискованные шаги. Ты ведь знаешь, что грозит ФБР и правительству, если всплывет история о «двойном орле». Мы все окажемся под ударом. Так что это для твоего же блага.

Дженнифер усомнилась в искренности этого утверждения. Ходили слухи, что Грин, с деньгами новой жены, собирался баллотироваться чуть ли не в сенат. Заботился он исключительно о собственном благе.

Глава пятая

«Эпсли-Хаус», Лондон, 18 апреля, 17:31