Читаем Змеиные полосы полностью

Лекси остановила автомобиль у чугунных ворот, утопающих в зелени, и что-то сказала охраннику. Ворота автоматически открылись, пропустив ее машину, а следом и мою. Проехав по широкой аллее, мы оказались у белого особняка с галереей, выстроенного в испанском стиле. Лекси достала из своего автомобиля толстую папку с документами, жестом показав следовать за собой, затем позвонила в парадную дверь. Самодовольный дворецкий в белом смокинге проводил нас через гигантский холл в комнату, очевидно, служащую залом для приемов и вечеринок. Всю ее внешнюю стену занимали раздвижные стеклянные двери, выходящие прямо к бассейну олимпийских размеров.

– Кто здесь живет? – спросил я.

– Эзра Пратт, – ответила мне Лекси таким тоном, будто привела меня в особняк, каким минимум, самого Эдгара Гувера37.

В ответ я только пожал плечами. Это имя мне ни о чем не говорило. Мало ли в Лос-Анджелесе миллионеров, я не обязан знать каждого.

– Мистер Пратт подойдет через несколько минут, – сообщил дворецкий. – У них с мистером Крейвеном деловое совещание. Мистер Пратт просил передать, чтобы за это время вы ввели мистера Стина в курс дела. Вам принести напитки?

Значит, меня тут ожидали, подумал я. Естественно, Лекси должна была предупредить своего «клиента», что привезет какого-то частного детектива, и получить его согласие.

Мы с Лекси заказали содовую со льдом.

– Эзра Пратт безумно богат, – сообщила она мне шепотом, пока дворецкий отсутствовал. – Сколотил деньги на техасской нефти, теперь живет на широкую ногу в Бель-Эйре.

Получив содовую, девушка села на диван и раскрыла свою устрашающую папку.

– На самом деле, работать стажером в «Экземинере» вовсе не так интересно, – усмехнулась она. – В основном меня гоняют приносить кофе или разыскать какую-то статью в архиве. Я полгода просила мистера Дормана дать мне написать хоть маленькую заметочку, но он говорит, что мне вначале нужно «набраться опыта». В итоге я решила сама раскопать историю, от которой они не смогут отказаться. Помните заметку, которая привела нас в Сан-Кристобаль?

Речь шла о газете, которую ее друзья случайно прихватили с собой в городке, куда поехали заниматься серфингом. Увиденная в этой газете заметка привела к раскрытию целой цепи преступлений. Я кивнул, подтверждая, что отлично помню этот эпизод.

– Я пришла к выводу, что местную прессу недооценивают. Например, изучив криминальную хронику в газетах Западного побережья за несколько лет, можно было бы понять, как там меняется география и профиль преступлений. В обычной сонной жизни, а не только в крупных городах, где криминал высок из-за большого числа приезжих.

– Звучит интересно, – честно сказал я.

– Этим проектом я стала заниматься еще в колледже. Писала в редакции газет, просила прислать мне подшивки. Когда могла на каникулах сама ездила по побережью и делала копии номеров. Потом их просматривала и пыталась найти закономерности.

– Это же титаническая работа!

– Если честно, мне помогли, – смущенно призналась Лекси. – Мама послала пару стажеров со студии помочь мне собирать газеты и делать выписки.

Забавно – стажеры на службе у стажера. Все-таки Лекси преувеличила свою независимость от родителей.

– В общем, первое время у меня ничего путного не получалось. В основном бытовые драки, убийства на охоте, кражи. Но однажды я наткнулась на упоминание сразу в двух газетах с разницей в три года об очень похожем случае. Молодые девушки от двадцати до двадцати пяти лет, обе шатенки, были насмерть запороты кнутом. Одна в Себастополе, штат Калифорния в 1954-м, другая в Якине, в Орегоне в 1956-м.

– Это могло быть совпадением.

– Да, могло. Но мы стали искать уже конкретно эти случаи. И обнаружили еще семь.

– То есть, всего девять убийств кнутом? – воскликнул я.

– Да. Причем, не исключено, что их было больше, потому что я не искала газеты далее, чем за десять лет. Конечно, в газетах не писали много подробностей, но некоторые репортеры уже в личной беседе поделились со мной деталями тех случаев по памяти. Все девушки были примерно одного возраста, около двадцати-двадцати пяти, все с темными волосами. Всех полностью раздели, привязали к кровати и забили до смерти. Убийства совершались каждый год с в период с августа по сентябрь.

Я прикусил губу. Грейс не очень вписывалась в эту схему. Время совпадало, но она была старше и перекрасилась в блондинку.

– Я попыталась привлечь к своему расследованию местный офис ФБР. Но там даже не стали меня слушать. Мне ясно дали понять, чтобы я перестала тратить время серьезных людей рассказами о выдуманном многолетнем убийце девушек и отвлекать их от происков коммунистов.

Лекси перевела дух.

– Дело в том, что последнее убийство, о котором было мне известно, отличалось от остальных. Оно произошло не в маленьком городке, а в Беркли38. И наделало много шуму два года назад. Жертвой стала двадцатичетырехлетняя студентка по имена Дебора Пратт.

– Это была моя дочь, мистер Стин, – услышал я голос за спиной.