Натали не стала ничего отвечать. Закричала в подушку и положила телефон на прикроватную тумбочку. Спустя несколько минут она снова услышала звук сообщения. От Джона. Голосовое.

— Ты мне тоже нравишься, Натали. Сладких снов».

«Спокойной ночи, Джон», — она не стала записывать голосовое, ответила текстом.

Но прежде чем заснуть, слушала его признание много-много раз на повторе, наслаждаясь и запоминая его голос.

Глава 14

Время, к удивлению самой Натали, пролетело незаметно.

Лорен исполнила свое обещание и каждый день водила Натали то по магазинам, то по салонам, как на работу. До тех пор, пока ее кожа не засияла, волосы на заблестели, а сама она не перевоплотилась в «принцессу Лагранж», как ласково называла ее бабушка.

Летний сезон ознаменовался частыми приемами и праздниками. Нью-Йоркское общество устало от межсезонья. Рабочий темп замедлялся. С приходом солнечного тепла настала и пора веселья, свадеб и торжеств. Многие из их круга плавно перемещались в Хэмптонс и Коннектикут на лето. Те же, кто мог отложить важные дела до осени, бросали город и отправлялись в сторону курортов и островов.

Натали, желая угодить бабушке, сопровождала ее, отвечая на знаковые приглашения вроде Дня Независимости. В этом году ни Лагранжи, ни Конте не устраивали приемов. Одни были захвачены будущим появлением наследника у Лорен и Джейкоба, другие свадьбой века единственного сына.

Натали оказалась причастна к двум семьям сразу и все подготовительные мероприятия не прошли мимо нее. Порой она сама не понимала, как могла оказаться в числе дегустаторов свадебного торта или тех, кто выбирал цвет платьев для подружек невесты.

В этом хаосе Натали разрывали нарасхват. Она и рада. Загруженные дни позволяли восстановиться после многих лет сложной работы в ФБР, постепенно превращая ее в нормального и не психованного человека. Ну, относительно. На выходных она иногда выбиралась в Кинг-Роуз, родной городок Мишель, где сидела на веранде с Анной Роулэнд и попивала цветочный чай. Иногда к ним присоединялись Мишель и Никки, ее сестра. Обе беременны на одном сроке, чем немало веселили Натали. Ей доставляло особое удовольствие подкалывать сестер. В Кинг-Роуз, в озерном крае в пяти часах от Нью-Йорка, они ловили особое умиротворение и спокойствие после шумной недели в режиме подготовки. Натали нашла в Анне призрачную замену мамы, а в Мишель и Никки — сестер, о которых мечтала все одинокое детство, окруженное мальчишками и мужчинами.

С отцом отношения тоже наладились. Джеймс смягчился, видя преображение дочери и больше не заводил опасные и тонкие разговоры о Джоне Ноулзе. Может, надеялся, что между ними ничего нет.

Как бы не так!

Их отношения на расстоянии заводили Натали не меньше, чем если бы Джон находился рядом. Они переписывались целыми днями, иногда созванивались и флиртовали.

Но никогда не говорили о том, что между ними происходит. Оба ожидали реальной встречи. И заваливали свои странички в соцсетях фотографиями.

В какой-то момент Натали стала фотографироваться в примерочных, спортзале, на пробежке, прогулках, кафе, с друзьями, семьей. На мероприятиях и дома. В общем, где только можно, зарабатывая себя тысячи подписчиков. Делала это, потому что каждый раз Джон комментировал ее фотографии, одаривал комплиментами и даже делал репосты. Однажды сфотографировался у пальм в шортах с обнаженным торсом и отметил ее на фото: «Как ты и просила, Натали, делаю фото возле пальм у океана. Один. Без тебя». Так он заявлял всему миру, что у него большие виды на Натали. Она же каждый раз от его открытых проявлений смущалась как девочка-подросток.

Разлука становилась все тягостнее и невыносимее.

Один раз при разговоре с Анной, та отметила Джона как выдающегося и выжидающего стратега. Теперь Натали понимала, что она имела в виду. Действительно, он не шел напролом, не назначал свидания, а тихо подогревал их интерес друг к другу разлукой и взаимными переписками и фотографиями. К моменту, когда Джон появился в городе, Натали извелась до изнеможения. Тем более, как ей казалась, она теперь полностью соответствовала ему. Больше не была какой-то зажатой замарашкой с пучком на голове. Ей хотелось, чтобы он поскорее увидел ее в новом облике.

За несколько дней до свадьбы Алекса и Мишель он позвонил.

— Джон? — вместо приветствия выдохнула в трубку Натали. Грудь сдавило от нахлынувших чувств. Господи, как же ей хотелось снова увидеть его.

— До чего же мне нравится, как ты произносишь мое имя. Здравствуй, Натали, — его бархатный голос вызвал в ней табун мурашек по спине.

— Когда ты приедешь? — задала вопрос и хлопнула себя по лбу за нетерпеливость. Гад рассмеялся в ответ.

— Я рад, что ты также, как и я, ждешь встречи. Может встретимся сегодня в семь и вкусно поужинаем?

Натали так захотелось отомстить ему за насмешку и сказать, что занята. Но одернула себя. Ведь она очень скучала. А он точно здесь и зовет ее на свидание. Вернее, на ужин. Или свидание? Черт, черт!

— Если это непринужденная обстановка без официальных нарядов, то я за, — помедлив, ответила она. Голос не слушался.