Читаем Злая принцесса полностью

Однако он прямо позади меня, и он падает на меня сверху, когда звуки нашего учащенного дыхания наполняют комнату, наши тела, скользкие от пота, прилипают друг к другу, когда мы спускаемся с наших невероятных высот.

Он убирает волосы с моего уха, его горячие губы щекочут раковину, когда он произносит слова, которые заставляют мое сердце бешено трепетать в груди.

— Я, блядь, люблю тебя, Чертовка. Никогда, никогда не прекращай подталкивать меня к тому, чтобы я был худшей версией себя.

— Договорились, — выдыхаю я, уже теряя себя из-за ночной усталости.

* * *

О мой Бог.

Каждый дюйм моего тела болит, когда я переворачиваюсь на другой бок на следующее утро. Мои мышцы напрягаются, ягодица болит, а в моей голове поселился гребаный духовой оркестр.

Я стону, утыкаясь лицом в подушку, молясь, чтобы сон снова овладел мной и заставил все это исчезнуть.

Я мало что помню после того, как Себ прижал меня к кровати, как только кончил мне в задницу, но пока я лежу там, маленькие воспоминания начинают мелькать на краю моего сознания.

Какой холодной была стойка в ванной, когда Себ съедал меня, как умирающий с голоду человек. Стена душа. Кровать. Снова.

Блядь. Неудивительно, что все болит.

Моя потребность в ванной останавливает меня даже от попытки снова заснуть.

Отбросив одеяло, я осторожно свешиваю ноги с бортика и сажусь, молясь, чтобы мой желудок не скрутило и не заставило меня броситься в ванную.

К счастью, все, кажется, улажено, и, если не считать продолжающегося стука в голове, единственное, что я замечаю, — это состояние моих бедер.

— Черт возьми, — бормочу я, нежно проводя кончиком пальца по синякам, оставленным Себом.

Найдя на тумбочке стакан воды и таблетки, я жадно проглатываю их и выпиваю воду, прежде чем пойти в ванную и рискнуть взглянуть в зеркало.

— Господи. — Я выгляжу так, словно меня растерзал медведь. Или плохой мальчик с проблемой контроля гнева.

Я не могу удержаться от улыбки, когда думаю о предыдущей ночи.

С моей стороны было глупо так с ним играть. Но, черт возьми, это, черт возьми, того стоило. И если уж на то пошло, я только что доказала, что могу выйти из дома без того, чтобы какой-нибудь придурок не попытался меня убить. Если не считать телохранителей, жестоких избиений и секса в машине на глазах у Алекса, это была вполне обычная ночная прогулка.

Я смеюсь над собой и качаю головой.

Обычный.

Что, черт возьми, кто-нибудь из нас знает о нормальности?

Я писаю, чищу зубы и смываю с лица вчерашний макияж, прежде чем нахожу одну из рубашек Себа, натягиваю чистые трусики и выскальзываю из комнаты в поисках моего парня.

Из гостиной доносятся низкие голоса, и когда я заворачиваю за угол, то нахожу Себа, Тео и Тоби, сидящих на диванах, все с чашками кофе и прохлаждающихся в спортивных штанах. И Себ, и Тео без рубашек, полностью демонстрируя свои туши и пресс. Это потрясающее зрелище для первого занятия утром.

— Привет, — говорю я, на самом деле, не чувствуя себя виноватой из-за того, что прерываю то, о чем они говорят, и опускаюсь на колени Себа.

— Привет, детка. Я собирался прийти за тобой скоро. Тоби принес кофе и завтрак.

— Мой герой, — выдыхаю я, целую Себа в щеку и тянусь за чашкой с едой на вынос, которая, как я предполагаю — моя, на кофейном столике.

— Подумал, что тебе это может понадобиться, — бормочет Тоби, его щеки пылают от смущения.

— Где два других идиота? — спрашиваю я, пытаясь сменить тему. Мне действительно не нужно сидеть здесь и вести разговор с моим новоявленным братом о том, как один из его лучших приятелей трахал меня прошлой ночью, пока я не вырубилась.

— Они ушли после того, как ты… исчезла, — говорит Тео, доедая обертку для завтрака.

— Очевидно, баночка вазелина Тео оказалась недостаточно хороша для Алекса, — радостно объявляет Себ, прежде чем Тео скомкал бумажный пакет в руке и запустил им ему в голову. — Эй. Это был факт, а не насмешка.

Закатив глаза, Тео бормочет: — Лучше бы он не совал пальцы в мой вазелин, заставляя нас всех взвыть от смеха.

— Итак, что мы делаем сегодня? — спрашиваю я, как только мое хихиканье утихает.

— Обычно мы тренируемся по утрам в субботу, но мы ждали тебя.

— Тренировка? Например, в спортзале?

— Да, ты хочешь присоединиться к нам, Чертовка?

— Смотреть, как вы трое, извините, двое, — говорю я, морщась в сторону Тоби, — становитесь такими горячими и потными в спортзале? Э-э… черт возьми, да!

Себ хватает меня за подбородок, поворачивая мое лицо к своему, его глаза прищуриваются, глядя на меня.

— Успокойся, пещерный человек. Все здесь знают, кому я принадлежу.

— Хорошо. Так что им, блядь, и следует. Доедай, а потом мы пойдем. Тео нужно будет пойти и надеть рубашку.

— Пошел ты, братан. Я не виноват, что твоя девушка предпочла бы смотреть, как я напрягаю мускулы.

Я стону от них, но в равной степени не могу стереть улыбку со своего лица. Я не могу удержаться, чтобы не подтолкнуть их к ссоре, как старых баб. Это превращается в мое любимое хобби.