Читаем Журнал Наш Современник №9 (2001) полностью

В последние дни пути заболела поносом наша малышка Нина, лечить ее было нечем, думали, что она умрет. Нина заболела диспепсией из-за отсутствия детского питания и вообще горячей пищи. При прибытии в конечный пункт назначения — станцию Мышкино Челябинской (ныне Курганской) области — мама с сестрой ушла в больницу, а мы все выгрузились в местную школу, где переночевали на соломе. Утром эвакуированных распределили по близлежащим деревням, откуда за ними приезжали сопровождающие. Остались только мы с братом. В школе мы пробыли весь день и ночевали вторую ночь, а утром из больницы пришла мама. Она оставила больную сестру на попечение медсестры, чтобы определиться с местожительством. Нас, задержавшихся, назначили жить в деревню Благовещенка, за сорок километров от станции. Оставив детей в правлении колхоза на председателя, мама уехала в больницу. Местным врачам удалось довольно быстро вылечить сестру, и мама с ней через неделю приехала к нам.

В деревне Благовещенка мы прожили до апреля 1943 года. Здесь 24 марта 1942 года родился мой младший брат Женя. Деревня состояла из сорока дворов и по местным меркам считалась небольшой. В семи километрах от нее были так называемые “выселки”, или по-европейски — хутор из пяти домов, а за выселками дорога кончалась, начиналась необъятная тайга. В деревне был колхоз — по-моему, имени Калинина. Командовал Благовещенкой и выселками председатель колхоза Герасим Михайлович, мужик лет пятидесяти, которого не брали в армию по состоянию здоровья. Кроме него было еще четыре деда по 65—75 лет, один умер при нас. Почта и телефон находились за двенадцать километров, ближе к станции. Туда ездила почтарь ежедневно, а если было нужно сообщить что-то срочное, то с почты верхом на лошади приезжал нарочный, сын начальницы почты, мальчик лет тринадцати. Медицинское обслуживание осуществляла повитуха 73 лет от роду, которая к тому же была хорошая травница. Но появлялась она в деревне на три-пять дней ежемесячно, остальное время жила на железнодорожном разъезде у племянницы, которая работала круглосуточно на путях, а бабушка вела ее хозяйство и смотрела за маленькими детьми. В этой деревне была начальная школа, где я окончила четвертый класс, а мой брат Вячеслав пошел в первый. Школа состояла из большой избы, каждый класс занимал свой ряд. Учительница учила всех одна. При школе была довольно большая и хорошая библиотека.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза
Соколы
Соколы

В новую книгу известного современного писателя включен его знаменитый роман «Тля», который после первой публикации произвел в советском обществе эффект разорвавшейся атомной бомбы. Совковые критики заклеймили роман, но время показало, что автор был глубоко прав. Он далеко смотрел вперед, и первым рассказал о том, как человеческая тля разъедает Россию, рассказал, к чему это может привести. Мы стали свидетелями, как сбылись все опасения дальновидного писателя. Тля сожрала великую державу со всеми потрохами.Во вторую часть книги вошли воспоминания о великих современниках писателя, с которыми ему посчастливилось дружить и тесно общаться долгие годы. Это рассказы о тех людях, которые строили великое государство, которыми всегда будет гордиться Россия. Тля исчезнет, а Соколы останутся навсегда.

Иван Михайлович Шевцов , Валерий Валерьевич Печейкин

Публицистика / Драматургия / Документальное