Читаем Зеркальная игра полностью

— Мне кажется, что оно в порядке... Кроме ревматизма... или полиартрита.

— Ревматизм? А! Да. А сердце? Сердце у нее здоровое?

— Да. По крайней мере, насколько мне это известно,— отвечала мисс Марпл, все больше и больше удивляясь.— Но я ее увидела только вчера, после многих лет перерыва. Если вы хотите точно знать о состоянии ее здоровья, вам лучше поговорить с кем-нибудь из семьи, например, с мисс Беллевер.

— С мисс Беллевер?.. Да. С мисс Беллевер или с Мильдрид.

— Или с Мильдрид, в самом деле.

Мисс Марпл была смущена. Христиан пристально смотрел на нее.

— Вам кажется, что между матерью и дочерью нет особой симпатии?

— Да, я так думаю.

— Я тоже. Это досадно... Единственный ребенок. В конце концов это так. А вы верите, что мисс Беллевер к ней в самом деле привязана?

— Я так думаю.

Христиан нахмурил брови. И сказал скорее себе, чем мисс Марпл:

— Есть еще Джина... Она очень молода. Я не знаю, что делать.

Он замолчал, затем сказал:

— Иногда очень трудно решить, как лучше поступить. Я хотел бы это знать. Я хотел бы отодвинуть от Керри-Луизы, от женщины, которая мне очень дорога, всяческие страдания и огорчения. Но это не просто... Совсем не просто.

В этот момент вошла миссис Стрит.

— А, вот ты где, Христиан! Мы все думали, куда ты делся? Доктор Маверик спрашивает, не желаешь ли ты с ним что-нибудь осмотреть?

— Маверик? Это тот молодой доктор, который недавно прибыл? Нет-нет, я подожду возвращения Левиса.

— Он в рабочем кабинете Левиса. Мне передать ему твой ответ?

— Нет. Я сам скажу ему одно слово.

Гульдбрандсен быстро вышел. Мильдрид удивленно посмотрела ему вслед и повернулась к мисс Марпл:

— Что-то не так. Христиан не такой, как всегда. Он вам ничего не сказал?

— Он только беспокоился о здоровье вашей матери.

— О здоровье? Почему, черт возьми, он с вами говорил об этом?

Тон, которым говорила Мильдрид, был очень неприятен, и ее жирное лицо стало красным.

— Я не знаю.

— Здоровье моей матери превосходно. Даже лучше, чем у всех женщин ее возраста... Во всяком случае, лучше, чем мое.

Она секунду помолчала и добавила:

— Я надеюсь, что вы это ему сказали?

— Я не могла этого сделать. Он спрашивал, в каком состоянии у нее сердце..,

— Сердце?

— Да.

— Но у мамы с сердцем все в порядке.

— Я счастлива это слышать от вас, мой дорогой друг.

— Почему это у Христиана такие необычайные мысли?

— Я ничего об этом не знаю,— ответила мисс Марпл.

Следующий день прошел без происшествий, но у мисс Марпл было такое ощущение, что атмосфера сгущается. Христиан Гульдбрандсен утром с доктором Мавериком посетил заведение и проверил результаты применяемого метода. В начале полудня Джина увезла его в автомобиле на прогулку, и мисс Марпл заметила, что по возвращении он упросил мисс Беллевер показать ему что-то в саду. Мисс Марпл казалось, что ее захватило воображение. Единственное происшествие, нарушившее течение дня, произошло к четырем часам. Она сложила свое вязание и пошла в сад, чтобы немного погулять перед чаем. Огибая куст рододендрона, она очутилась нос к носу с Эдгаром Лаусоном, который чуть ее не сшиб. Он быстро ходил по аллее и разговаривал сам с собой.

— Прошу прощения.— быстро сказал он.

Мисс Марпл была поражена его остановившимся взглядом.

— Вы себя плохо чувствуете, мистер Лаусон?

— А как я могу чувствовать себя хорошо? Мне нанесли удар, ужасный удар...

— Удар? Каким образом?

Молодой человек огляделся с таким странным видом, что мисс Марпл почувствовала некоторую неловкость. Он посмотрел на нее.

— Говорил ли я вам?.. Я спрашиваю себя... Да, я спрашиваю себя... За мной только что шпионили...

Мисс Марпл больше не колебалась. Она решительно взяла его под руку и сказала:

— Поговорим в этой аллее. Вы видите, что здесь нет ни деревьев, ни кустов, никто нас не услышит.

— Да, вы правы.— Он вздохнул, опустил голову и почти шепотом сказал: — Я сделал открытие... Отвратительное открытие.

— Какое открытие?

Молодой человек начал дрожать с головы до ног. Он почти плакал.

— Кому доверять... В кого верить!.. И все это ложь! Только ложь! Ложь, придуманная для того, чтобы помешать открыть правду. Я не могу вынести этой мысли. Это слишком жестоко. Видите ли, этот человек... Я верил только в него... А теперь я заметил, что именно он причина всего! Это он мой враг, он заставляет за мной шпионить! Но это ему не сойдет с рук. Я ему все скажу. Я ему скажу, что я в курсе всех его махинаций.

— О ком вы говорите? — спросила мисс Марпл.

Эдгар Лаусон выпрямился во весь рост. Он мог бы показаться важным, но он был только смешным.

— Я говорю о моем отце.

— Лорде Монтгомери или лорде Уинстоне Черчилле?

Эдгар Лаусон бросил на нее пронзительный взгляд.

— Меня заставляли в это верить, чтобы помешать мне угадать правду. Но теперь я знаю ее. У меня есть друг, настоящий друг, который меня не обманывает. Он дал мне понять, до какой степени меня запутали. Мой отец будет вынужден считаться со мной. Я ему покажу, что я знаю правду. Его ложь я брошу ему в лицо! Вы увидите, что он ответит!