Читаем Зеленый омут полностью

Он вытащил из ящика бюро несколько кусков пергамента и начал их рассматривать в пламени свечи. В подземелье стояло гробовое молчание. Присутствующие затаили дыхание, ожидая результата проверки. Усатый откладывал в сторону пергамент за пергаментом, и вдруг вскрикнул от неожиданности. Одна из подписей приобрела угольно-черный оттенок.

Манфред стоял ближе всех и напряженно всматривался в подписи, стараясь по именам установить, кто еще посвящен в тайну общества Молчания. Не тут-то было! Усатый быстро складывал пергаменты на стол, и только тот, на котором подпись потемнела, задержался в его руках. К своему ужасу, молодой врач успел прочитать имя Маттео Альбицци, буквы которого из бурых превратились в иссиня-черные. Как это могло случиться? Старик не встает с постели уже несколько месяцев, и если разговаривает с кем-либо, то исключительно с женой, слугами и обоими врачами. Манфреду он ничего не говорил. Чтобы такой подозрительный и заносчивый тип, как сеньор Маттео, стал делиться подобной тайной со слугами, верилось с трудом. Значит, остаются Луиджи и Антония. О, только не это!

Молодой человек почувствовал головокружение и тошноту, на лбу выступил холодный пот. Усатый был удовлетворен произведенным на новичка впечатлением, не догадываясь об истинной причине.

Манфред, между тем, лихорадочно пытался сообразить, что происходит. Может быть, алхимики заметили, что кто-то посетил их лабораторию? Обнаружили следы Манфреда, которые он мог оставить? Ну да! Ведь подземелье находится под палаццо Альбицци! Вот почему подпись старика потемнела! Или ее сделали такой, чтобы расправиться с хозяином дворца?

Десятки предположений роились в уме врача, не находя подтверждения. Но если так, если алхимики заподозрили сеньора Маттео в предательстве, то именно Манфред и его чрезмерное любопытство послужат причиной гибели старика, и, возможно, его жены. Ужас! Ничего подобного не приходило ему в голову! Вот как может обернуться невинная забава! Призраки и зловещие сквозняки, гуляющие по коридорам полупустого палаццо показались Манфреду сущей безделицей по сравнению с тем, что Антонии грозила из-за его легкомыслия страшная расправа! Что же делать? Как найти выход из положения?