Читаем Засада на Нун-стрит полностью

Услышав, как щелкнул замок в дверях, Пит Энглих открыл глаза. Он пошевелил головой, и лицо его тут же искривилось от боли. Тем не менее он повернул голову дальше и увидел пустой угол комнаты. Повернув голову в другую сторону, осмотрел вторую половину комнаты.

Перевернувшись, он взял свой кольт с пола. Сел и открыл барабан. Несмотря на боль, нахмурился. Кто-то один раз выстрелил из револьвера. Из ствола до сих пор разило порохом.

Полицейский с трудом встал и, согнувшись, направился к приоткрытой двери. Медленно открыл ее настежь, еще больше пригнувшись. Но ничего не произошло. Он заглянул в спальню, где стояли две одинаковые кровати. На одной кто-то лежал. Женщина. Она не двигалась. Полицейский выпрямился и на цыпочках подошел к кровати. Он заметил, что дверь в ванную приоткрыта, но и там было тихо.

Женщина была мертва. Полуприкрытые глаза смотрели равнодушно, руки бессильно лежали, вытянутые вдоль тела. Ноги были слегка подогнуты. На полу лежала зеленая шляпка. На ногах у девушки были туфли на шпильках. В комнате пахло «Ночным нарциссом». Энглих вспомнил, что видел ее у отеля «Сюрприз».

Девушка была мертва так долго, что кровь, выступившая из раны под левой грудью, успела загустеть.

Полицейский вернулся в гостиную, схватил бутылку джина и одним глотком осушил ее. И даже не закашлялся. Минуту он стоял, тяжело дыша и раздумывая. Револьвер он небрежно держал в правой руке.

Потом бросил бутылку на кушетку, револьвер спрятал в кобуру под мышку. Подошел к дверям и бесшумно вышел.

В длинном темном коридоре гулял ледяной сквозняк. Энглих спустился вниз и взялся за ручку входной двери. Тут же в лицо ему ударил свет фар и сквозь стекло он увидел красные огни патрульной машины.

Энглих пригнулся, чтобы его не было видно, и отошел к стене. Быстро оглядел холл, взгляд его задержался на телефонной будке.

– Я попал в ловушку, – шепнул он и влез в будку, оставив щелку в двери.

У входа затопали, скрипнула дверь. Кто-то вошел в холл и остановился.

– Тишина и покой? – услышал он резкий голос. – Ничего нет, фальшивая тревога.

– Пожалуй, но пойдем все-таки заглянем в квартиру четыре Б, – возразил ему кто-то другой.

Полицейские прошли через холл, поднялись по лестнице.

Пит Энглих открыл будку, проскользнул к дверям и пригнулся, жмурясь от света фар.

Он различил темный силуэт патрульной машины, но есть ли кто-нибудь внутри, он не видел. Открыл дверь и, стараясь не бежать, спустился по лесенке к машине.

Она была пустой, передние дверцы с обеих сторон – открыты. На противоположной стороне улицы виднелись темные фигуры зевак. Пит вздохнул, открыл дверцу и сел за руль. Потом включил мотор и отъехал. На ближайшем перекрестке он повернул и выключил мигалку. Крутясь по ближайшим улицам, он достаточно удалился от Центральной, но потом вернулся. Когда огни улицы были близко, он остановился на пыльной, обсаженной деревьями улице и вышел из машины.

Пешком он пошел на Центральную авеню.

Вальтц Элегантный положил трубку левой рукой. Пальцем правой он приподнял губу и потер зубы. Взгляд его бесцветных глаз остановился на огромном негре в клетчатом костюме, сидящем по другую сторону стола.

– Красиво, – сказал он деревянным голосом. – Очень красиво. Он сбежал раньше, чем его застукали. Чистая работа, Раф, нечего сказать.

Негр вынул изо рта огрызок сигары, раздавил его в пепельнице и фыркнул.

– Не может быть, он же был без сознания. А копы обогнали меня, едва я успел доехать до Центральной.

– Я только что говорил с ним по телефону, – глухо подтвердил Вальтц. Он выдвинул верхний ящик стола и положил перед собой большой саваж.

Негр посмотрел на оружие. Глаза его потемнели еще больше. Он проворчал:

– Эта малышка изменяла мне за моей спиной. Она должна была получить пулю. Ну и все отлично. Пойду, пожалуй пройдусь, поищу этого парня.

Он поднялся с кресла. Вальтц притронулся к рукоятке саважа и покачал головой. Негр снова сел.

– Он сбежал, Раф. А ты вызвал полицию к трупу. Если его не накроют с пушкой – а таких шансов один на тысячу – они никак не свяжут его с убийством. Значит, кто главный на подозрении? Ты. Ты ведь там жил!

Негр улыбнулся, не спуская глаз с оружия на столе, и сказал:

– Значит, у меня горит земля под ногами. Значит, мне лучше смыться, так?

Вальтц вздохнул и сказал задумчиво:

– Да, пожалуй, тебе нужно на какое-то время выехать из города. Мы как раз успеем на поезд во Фриско. Негр нахмурился:

– Фриско не годится, шеф. Там я погладил шейку одной ляльке. А она возьми да и задохнись. Фриско не годится.

– Ты что-то задумал, Раф. По глазам вижу. – Он потер свой огромный красный нос и откинул волосы со лба. – Но успокойся. Я сам тобой займусь. Подгони машину. Мы все обмозгуем по дороге на вокзал.

Негр поморгал, лапой смахнул пепел сигары с подбородка.

Вальтц закончил:

– А тот большой, блестящий револьвер лучше оставь здесь. Ему нужно отдохнуть.

Раф вытянул из заднего кармана брюк револьвер и толкнул его по столу к Вальтцу. В глубине его темных глаз таилась усмешка.

– Конечно, шеф, о чем речь!