Читаем Зарождение полностью

— Я, наверное, сейчас окончательно упаду в твоих глазах, — проговорил Рэм, поудобней откидываясь на подушку и закрывая глаза. — На самом деле я с самого начала знал, что это будет за операция, какие изменения произойдут и с какими побочными эффектами они сопряжены.

— Что?.. — не веря своим ушам, переспросила женщина.

— Только вот с глазами небольшая накладочка вышла, мы договаривались о каких-то суперлинзах, но если Uno нашел вариант получше — я не против. Так что... когда я вопил что-то в духе «что вы со мной сделали» и «ах вы твари» — я просто вел себя, как мудак. Извини. Я оказался слабее, чем думал, и выглядел, наверное, отстойно...

— Рэм! — воскликнула Марго, удивленно уставившись на него. — Я только что тебе сказала, что ты наполовину не человек, а тебя заботит, как ты выглядел на грани болевого шока?!

— Ну да, — просто ответил он. — Стать наполовину супергероем — круто! А вот визжать, как последний придурок — это не круто совсем. А я все-таки актер, и меня тревожит, как я выгляжу в глазах других людей.

— Ты ненормальный! — ахнула Марго.

Рэм слабо рассмеялся.

— Привет, капитан Очевидность! Айда ко мне в команду?

— И шутки у тебя дурацкие, — сердито бросила Маргарита и вышла из палаты.

Когда Лидочка вернулась, она принесла не только бульон, но и небольшую коробку с печатями доставки. На вопросительный взгляд Рэма девушка пояснила:

— Не знаю, зачем, но Марго приказала передать тебе это. И еще велела сказать, что какая-то госпожа Ходосеева уехала в Испанию на какой-то трехмесячный семинар по какой-то андальской лошади...

— Андалузской, — поправил ее Рэм с усталой, довольной улыбкой.

Так значит, Uno сдержал свое обещание. И озаботился тем, чтобы Рэм узнал об этом как можно раньше, еще до того, как сможет выйти в сеть.

Лида сердито положила посылку на тумбочку.

— А госпожа Ходосеева, наверное, твоя жена? — как бы между делом спросила она. — Вот и гостинец прислала...

— Ирма Ходосеева, Лидочка, — это моя мать... И прислала она мне не гостинцы, а старые православные книги.

Теперь он, наконец, мог быть спокоен. Все должно получиться...

***

Кошак громко, с придыханием мурлыкал, свернувшись клубком на коленях у Олега. Фонарь освещал крошечную каморку, где потолок размещался так низко, что выпрямиться в полный рост было невозможно. На полу лежали два спальника: ее и Олега. А со стены на них смотрела строгая Богородица с глазами инопланетянки и непропорциональным ребенком на руках.

Здесь почти не воняло нечистотами, тупик так и не соединили с верхней системой, и благодаря установленному на повороте высокому порогу полы в кельях были сухими.

Инка недовольно зыркнула на него и перевернулась на другой бок, звякнув цепочкой, которой монахи на всякий случай зафиксировали ее бустеры.

— Опять свою шарманку включил, — с наигранным недовольством проговорила она. — Тварь полосатая...

Олег с улыбкой взглянул на Инну.

— Да будет тебе. Ты же на самом деле вовсе на него не злишься, — проговорил Олег, поглаживая мягкую шкурку кончиками пальцев.

— Это верно, я злюсь не на него, а на его хозяина! Где он бродит? Он, конечно, говорил, что будет непросто и нужно потерпеть, но я себе даже не представляла, что мы окажется в таком дерьме, — прошептала Инна, приподнявшись на локте.

Олег хихикнул.

— А в чем ты думала оказаться, спускаясь в канализацию?..

— Тебе легко рассуждать, ты для них — мученик с ангельскими очами! А мне вот не повезло, у меня, блять, дьявольские ноги!

Он с ласковым укором покачал головой.

— Не ругайся.

— Скоро опять на это долбанное моление погонят, — простонала Инка, перевернувшись на спину. — Как они вообще могут здесь жить? Я уже с ума схожу от этих стен и потолков, и от того, что дует из всех щелей...

— Если бы не было щелей — мы бы задохнулись, — заметил Олег, поспешно отводя взгляд в сторону от растянувшейся на спальнике Инки.

— Тоже верно, — вздохнула девушка. — А вообще... Слушай, я до сих пор удивляюсь — как ты смог приручить эту зверюгу? Ведь я же его кормлю каждый день, а он — пожрет и к тебе бежит ласкаться. Хоть бы раз ко мне пришел из благодарности!

Олег смущенно заулыбался.

— Ты... ты просто очень стремительная, резкая. Ты его пугаешь.

— Да ну? — обиделась Инка. — А тебя я тоже пугаю? Вечно глаза прячешь...

— Нет, — чуть слышно ответил Олег, опустив голову. — Ты меня не пугаешь... Ты...

Инка фыркнула.

— Да забей, все с тобой ясно. Спокойной ночи! — пробубнила она и отвернулась лицом к стене. Сердитые, обиженные слезы выступили у нее на ресницах.

Олег с болью во взгляде посмотрел на ее светлый затылок и вздохнул.

— Что-то мне кажется: ничего тебе не ясно...

— В игре у тебя просто рот не закрывался, а тут!..

— Ин, в игре я был супер-магом, а ты — низкоросликом. А здесь я супероблажался, а ты... такая красивая.

Он чувствовал, как лицо заливает краска, но ничего не мог с этим поделать.

Инка вдруг резко развернулась, спугнув Кошака, и на мгновенье прижалась губами к губам Олега. Чуть отстранившись, она вопросительно взглянула ему в глаза. А Олег вдруг смущенно рассмеялся.