Читаем Занимательные истории полностью

— Сахль пробыл некоторое время в заключении у Абу Ахмада, а потом его перевезли в Багдад. Как раз тогда Багдад был захвачен эмиром Адуд ад-Даулей. Сахля освободили и передали под его власть Аскар Мукрам, Тустар, Джундишапур и прилегающие к ним области. Адуд ад-Дауля лишил Абу Ахмада ад-Дулджи должности и заставил его выплатить большую сумму. Он оставался в своем доме в аль-Ахвазе и продолжал выплачивать деньги, пока Сахль ибн Бишр не поднял мятеж и не вошел в аль-Ахваз с войском, требуя передачи власти Адуд ад-Дауле. Опасаясь за свою жизнь и страшась Сахля, Абу Ахмад встал на их сторону. Сахль оставался в Арраджане еще год и месяц, а потом договорился с дейлемитами аль-Ахваза, что они взбунтуются, выразят возмущение вазиром Ибн Бакийей и откажутся довольствоваться любыми другими мерами, кроме его смещения и назначения нового вазира, а в противном случае пригрозят не признавать Изз ад-Даулю в качестве эмира. Он взял клятву с военачальников и простых воинов, находившихся в районе аль-Ахваза, и они ему подчинились. Сахль объявил, что он двинется на Багдад, чтобы предъявить там эти требования. А было это в месяц шабан 365 года[68].

Эмир Изз ад-Дауля отверг эти требования и отправил одного из своих главных хаджибов — Ибрахима ибн Исмаила — с посланием к дейлемитам, и они раскаялись в своем поведении и снова покорились ему. Сахль ибн Бишр был схвачен и привезен в Багдад к Изз ад-Дауле. Тот пожаловал почетную одежду Абу Ахмаду и отправил его правителем в аль-Ахваз, причем эта земля стала неотчуждаемым имуществом, подобно вакфу. Больше никто ее не домогался, и по всем связанным с ней делам обращались только к нему.

(3, 172, 273) Вот что рассказал мне Абу Мухаммад аль-Азди:

— Я слышал, — сказал он, — как один из главных хаджибов Багдада пересказывал слова человека, в присутствии которого Абу-ль-Хасан ибн аль-Фурат сказал Абу Джафару ибн Бистаму, о котором он думал весьма дурно: “А ну-ка, Абу Джафар, ты знаешь историю о лепешке, расскажи-ка ее!” Тот ответил: “Я не знаю такой истории”. Но Ибн аль-Фурат настаивал и в конце концов сказал Абу Джафару, что для него будет лучше, если он расскажет о лепешке.

Тогда тот сказал: “Ну, хорошо. Моя мать была благочестивой женщиной и приучила меня с малых лет класть каждый вечер под подушку лепешку весом в ратль, а на следующее утро она отдавала ее как милостыню за меня. Я до сих пор так делаю”.

Ибн аль-Фурат сказал: “Никогда не слыхал ничего более странного. Ты должен знать, что я о тебе самого дурного мнения из-за того-то и того-то и даже подумывал о том, чтобы схватить тебя и потребовать от тебя денег. Но три дня тому назад мне приснилось, что я призвал тебя с тем, чтобы схватить, а когда ты стал сопротивляться, велел моим людям вступить с тобой в бой, но ты вышел против них, держа в руке вместо щита лепешку, которой ты отражал стрелы, так что в тебя не попала ни одна. Я призываю Аллаха милостивого и милосердного в свидетели, что ради него я забыл свою злобу к тебе и отныне думаю о тебе наилучшим образом. Возрадуйся же!” Абу Джафар припал к его рукам и ногам и поцеловал их.

(2, 126, 240) Вот что рассказал мне мой отец со слов ас-Сули, а ас-Сули со слов Убайдаллаха ибн Абдаллаха ибн Тахира:

— Однажды утром, спустя некоторое время после того как мой брат Мухаммад ибн Абдаллах вернулся после убийства (алида) Яхьи ибн Умара аль-Алави, я пошел навестить его. Он был очень опечален и сидел опустив голову и с таким горестным видом, что можно было подумать, будто он сам ожидал казни. Перед ним стояли несколько рабынь и его сестра, не смея заговорить с ним.

Я не решился обратиться к нему, но сделал знак его сестре, спрашивая, что случилось. Она сказала: “Его беспокоит то, что он видел во сне”. Тогда я подошел к нему и сказал: “Эмир, рассказывают, что пророк сказал: „Если кто-нибудь из вас увидит неприятный сон, пусть перевернется на другой бок, трижды произнесет: „Я прошу прощения у Аллаха!", проклянет Иблиса и попросит Аллаха защитить его, а после этого снова засыпает"”.

Он поднял голову и сказал: “Брат мой, а что если беда послана самим пророком Аллаха? — и добавил: — Разве ты не помнишь сон Тахира ибн аль-Хусайна?” Я ответил, что помню, и рассказал:

— Когда Тахир был еще в низком звании, он увидел во сне пророка, который сказал ему: “Тахир, ты достигнешь в этом мире высокого положения. Бойся Аллаха и защищай меня в лице моих потомков, ибо, пока ты оказываешь им покровительство, тебе также будет оказано покровительство”. И Тахир никогда не соглашался выступать против потомков Али, хотя его многократно призывали к этому.

Тогда мой брат Мухаммад ибн Абдаллах сказал мне: “Вчера я видел во сне пророка, и он сказал: „Ты нарушил обещание, Мухаммад!" Я проснулся перепуганный, перевернулся на другой бок, попросил прощения у Аллаха всевышнего, проклял Иблиса, попросил защиты у Аллаха и уснул. Потом я увидел его во второй раз, и он снова сказал: „Мухаммад, ты нарушил обещание!"