Читаем Забытые полностью

«Лисе Андерсен, родилась 6/8 1962», – прочитала Луиза и, заинтересовавшись, поднесла карточку поближе к глазам. О шраме говорилось только, что несчастный случай произошёл в 1970 году. Значит, девочке было тогда лет восемь, заключила Рик и торопливо пролистала страницы. К задней обложке карты скрепкой были прицеплены две справки из лечебного отдела заведения.

Луиза сняла скрепку и прочитала, что когда Лисе Андерсен было пять лет, её оперировали по поводу пупочной грыжи. Годом позже в результате несчастного случая она получила перелом левой руки. Всё это полностью совпадало с наблюдениями, сделанными Флеммингом в ходе вскрытия.

– Это она, – констатировала Рик, после чего прикрепила справки скрепкой на прежнее место и протянула историю болезни Эйку. – И кстати, вверху справа указан её личный идентификационный номер. Запиши его сразу.

Луиза быстро пролистала оставшиеся документы в поисках информации о том, откуда девочка поступила в интернат, и увидела, что в то время, когда ребёнка поместили в интернат, её родители проживали в Борупе.

– У неё есть сестра, – прочитала сотрудница полиции и встала, чтобы поднести документ поближе к свету. – Близняшка по имени Метте.

Эйк положил историю болезни, которую проглядывал, назад в лежащую на полу папку и подошёл к Луизе, чтобы посмотреть, что она нашла. Он встал позади Рик так близко к ней, что в прохладном подвальном помещении она почувствовала тепло, исходящее от его тела.

– Мне попадалось имя сестры в той стопке, которую я просмотрел, – сказал Нордстрём.

– Найди её, а? – попросила его напарница – просто для того, чтобы он отодвинулся.

– Лисеметте, – повторил мужчина и извлёк папку из стопки. – Лисе и Метте, их было две! Тогда я и второй личный номер запишу…

– Она умерла! – изумлённо перебила его Луиза. – Лисе Андерсен умерла двадцать седьмого февраля восьмидесятого.

– В восьмидесятом году? – повторил Эйк с недоумением и подошёл к коллеге с медкартой сестры Лисе. – То есть как?

– Последний документ в папке – это свидетельство о смерти, и если ему верить, то умерла она тридцать один год тому назад, за полгода до того, как ей исполнилось восемнадцать.

Луиза опустилась на колени и разложила те несколько фотографий, что хранились в карточке, на полу.

Девочка была темноволосой, её обширный шрам располагался ровно на том же месте, что и на лице женщины, которую Рик видела в Институте судебной медицины, и ей показалось даже, что она узнаёт и ту часть лица, что осталась неповрежденной. Те же тонкие черты.

– Но как же это может быть! – недоумённо воскликнула Луиза и попросила напарника посмотреть историю болезни сестры этой девочки.

Эйк склонился над ней, чтобы тоже видеть, что там написано.

– Метте Андерсен, – начала читать Рик. Оказалось, что в интернат сёстры поступили вместе. Луиза просмотрела все записи в истории болезни до конца и, достав из папки ещё одно свидетельство о смерти, бросила папку на пол.

– Они умерли в один и тот же день, – с изумлением констатировала она, машинально приняв руку, которую протянул ей Нордстрём, чтобы помочь подняться с пола. – Двадцать седьмого февраля восьмидесятого года.

Эйк был совсем сбит с толку.

– И мало того, что они умерли в один день, – продолжала Луиза. – Они ещё и умерли в одно и то же время, одна – в девять пятьдесят шесть, другая – в девять пятьдесят семь.

– Так, значит, женщина со шрамом давно умерла? – спросил Нордстрём, окончательно запутавшись.

– Похоже на то, – кивнула Рик. – Но мы же знаем, что этого не может быть, ведь она сейчас лежит в морге Института судебной медицины.

Торопливо, но внимательно пролистав обе истории болезни, Луиза вырвала из них страницы с той информацией, которую сочла необходимой. Остальное она не взяла, чтобы папки не выглядели пустыми.

– Пусть лучше в папках что-нибудь останется на тот случай, если нам придётся официально получать постановление суда об извлечении необходимой документации, – сказала следователь, пряча справки о смерти и другие бумаги в сумку. – Ладно, пошли отсюда, – добавила она, помогая Эйку расставить карточки на полке, с которой они их сняли.

– Но как же могло получиться, что она уже умерла? – снова задался он вопросом.

Луиза покачала головой. У неё не было на это ответа.

– Ну что, нашли, что искали? – раздалось у них за спиной.

Рик видела по выражению лица Эйка, что ему не терпится убраться отсюда, но, чтобы их уход не выглядел бегством, она остановилась и обернулась.

– Вы нам очень помогли, – поблагодарила Луиза с улыбкой. – Теперь у нас есть за что зацепиться.

– Так это она? – спросила седоволосая дама, не убирая руку с выключателя, чтобы случайно не вырубился свет.

– Мы так думаем, – кивнула Рик. – И теперь мы свяжемся с её семьей.

С этими словами она двинулась вперёд по коридору, показывая тем самым, что им пора уезжать.

– Ну что же, успехов вам! – крикнула сотрудница интерната им вслед. – Я не выключу свет, пока вы не подниметесь.