Читаем Забытое убийство полностью

На пути обратно в лодке была снова пущена по кругу и наконец опустошена фляжка с бренди. Туча уплыла, а может быть, вылилась, и вокруг быстро светлело. В джипе Анна и Петер продолжали радоваться приключению, и Роберт успокоился насчет них. Он ощущал болевую точку в сердце, как маленькую живую рану, но тоже улыбался вместе со всеми. В гостинице, несмотря на то что они не видели расхваленных во всех путеводителях носачей, туристы расплатились с Робертом сполна, дав еще десять долларов сверх установленного. Они пригласили его перекусить в гостиничном ресторане, и он с удовольствием согласился. Его шорты и рубашка уже подсохли.

Пока Анна и Петер переодевались, Роберт сидел в холле и решал для себя вопрос: говорить Мин о сегодняшней встрече с духом джунглей и о том, что он должен исправить ошибку, или не говорить? Это нужно было понять до того, как он увидит Мин, то есть прямо сейчас. Но вопроса этого он так и не решил.

Петер ушел с хозяйкой ресторана, которая хотела показать, что у нее есть в погребке из рейнских вин. Анна, сидящая за столиком напротив Роберта, некоторое время молчала, глядя поверх его головы куда-то вдаль. Наконец она спросила, приходилось ли ему видеть духов джунглей. Роберт посмотрел на нее с изумлением, не понимая, как она догадалась. А почему она об этом спрашивает? Анна сказала, его поведение в джунглях было несколько странным: он словно разговаривал с кем-то, хотя слов она не слышала. Он признался, что это правда, что у него была встреча с духом, причем не совсем приятная. Ранка в сердце стала болеть сильнее, и он понял, что об этом рассказывать больше не нужно.

Анна помедлила, но продолжения не последовало. Тогда она поинтересовалась, не хотел бы он побывать в России. Это был тоже удивительно правильный вопрос. Он ответил, что обязательно туда поедет, и, возможно, очень скоро. Она со вздохом сказала, что живет в Германии и уже несколько лет не была в своем родном Санкт-Петербурге.

— Не понимаю, Роберт, почему мне это пришло в голову, — сказала она, постукивая по столу куском каменного меда с осой и смотря куда-то поверх собеседника. — Но я хочу вам сказать, что желаю вам успеха. Вы что-то задумали: все у вас получится отлично!

К ним приближался сияющий Петер, за которым семенила хозяйка, неся корзинку с бутылкой рислинга из-под славного города Вюрцбурга. Сюрприз, о котором Анна догадывалась, потому что в его подготовлении участвовала, был в том, что на этикетке после слов «производитель вина» красовалась фамилия самого Петера. Она медленно приблизила желтый обломок сот к зеленой бутылке и увидела синеватую тень.

Санкт-Петербург, 11 декабря 199... года

Глубокоуважаемая Анна Михайловна!

Довольно трудно было Вас разыскать. Тем более что исходных данных у меня было не так много. Я знал, что вы искусствовед, известный специалист по русской живописи, читал Вашу монографию. Как человеку, профессионально занимающемуся психологией, мне показалось любопытным сопоставление, которое Вы проводите между Врубелем и Ван Гогом. Особенно интересным (хотя и небесспорным) считаю Ваше утверждение о том, что жизнь обоих художников не могла сложиться иначе, что в их характерах были некие роковые особенности (у каждого, разумеется, своя, личная), от которых они не сумели (хотя, в принципе, могли) отказаться, потому что это видоизменило бы их картины неизвестно в какую сторону... То есть гибель их была неминуема.

Германия — страна большая! Поэтому искал я Вас долго. Кроме того, среди искусствоведов Вас почему-то там не оказалось. Каким-то совершенно случайным чудом я узнал, что вы переквалифицировались в менеджеры и успешно торгуете сухими немецкими винами! Это фантастика! Как Вам это удалось? Переход гуманитария в сферы бизнеса казался мне невозможным, другое дело — физики и математики. Ваш талант по-российски неисчерпаем.