Читаем За границами легенд полностью

Это было безумие. Глупость несусветная! Но сердце моё вдруг сбилось с привычного ритма. И я как-то слишком резко сказал им:

— Да!

И ночь я, разумеется, опять провёл без сна.

Нашли эту девушку в лесу, в одиночестве греющуюся у костра. Мои воины и маги незаметно окружали её. А я напряжённо вглядывался в её лицо.

Короткие криво обрезанные прядки. Да ещё и мужская одежда, помятая.

Я прошёл в сторону ещё на несколько шагов. Растерянно застыл.

Бледная кожа, которую пламенные пряди только подчёркивают. Лицо, усыпанное веснушками. Длинный ровный нос. Но эти губы…

Мне вдруг отчётливо вспомнилась та юная селянка и её губы, которые я целовал: то жадно, то нежно. И тело, молодое, здоровое, мягкое, замиравшее от моих ласк… и изгибавшееся от наслаждения. И сердце замерло. Всего на миг я провалился в те же самые чувства. Всего только на миг…

Шестеро магов вышли к ней, с разных сторон, окружая её. Вот девушка напряглась, увидев незнакомцев, вскочила. Сжала кулаки, готовясь к драке. К ней вышел Хэм, державший Кинжал крови.

Я сделал ещё несколько шагов, чтобы видеть её уже не в профиль, а всю.

Они как раз наложили на неё заклинание неподвижности. Двое ещё и схватили её за руки — вдруг дар нашей магии или устойчивость к ней ей досталась?..

Ещё пара шагов и… и наконец-то разглядел её напуганное лицо.

Хэм медленно шёл к ней, поигрывая кинжалом. То ли припугнуть хотел, то ли нервничал — я не знаю точно, поскольку видел его спину.

Но её лицо…

Её длинный ровный нос. Светло-карие глаза, окружённые густыми светлыми ресницами. Изящный изгиб тонких, но густых бровей. Светлых, но… Но их форма… нос… её глаза…

Сердце как будто провалилось вниз. И может, даже сквозь землю, потому что долгий миг я его вообще не чувствовал.

На лице молодой простолюдинки смешались мои черты и её. Я… я хорошо помнил ту юную красавицу… каждую чёрточку её лица! Да и себя я видел в зеркале каждый день. Я слишком хорошо помнил оба лица, чтобы не узнать ту, что одновременно напоминала и меня и её…

Так… она всё-таки зачала тогда? Хватило одного дня?!

— Извините, — произнёс Хэм — и ударил мою дочь по руке.

Кровь хлынула на белый камень с чёрными прожилками — и все мои спутники напряжённо всматривались на лезвие. Как кровь стекает с него на землю, а оно остаётся девственно чистым. Но я понял всё ещё прежде, чем они.

Сердце прежде как будто пропавшее, выпавшее из груди, вдруг бешено забилось.

Я пристально вглядывался в лицо моей дочери, единственной моей дочери… моего третьего ребёнка! Да ещё и зачатого вместе с ней… дочку моей радуги…

— Первое поколение! — растерянно объявил нам Хэм.

Сердце снова замерло, но не от смысла его слов.

Та девочка… которая ещё неуверенно шла по земле в тот день, цепляясь за руку своей матери… Та девочка, которую моя радуга держала за руку… Это… это была она?! Моя дочь?! А я… я не вгляделся тогда… я ничего не понял!

Маги сняли с неё заклинание. И те двое, сжимавшие руки её, выпустили. И я подался вперёд, вгляделся, не осталось ли на запястьях моей малышки синяков? Если они только посмели навредить ей…

Все эльфы опустились перед ней на одно колено, в традиционном поклоне. Которого, впрочем, не знала она. Рубашка и безрукавка вздымались над её грудью быстро-быстро. Она не понимала, зачем на неё напали, ранили, а теперь застыли в странных позах, отступив.

Моя малышка… Надо же, жизнь подарила дочку и для меня! Причём, дочку моей радуги! Мы сходим вместе к матери, навестим её. Хотя, может, придётся подождать, чтобы не наткнуться на её приёмного отца. Или всё же?.. Да, придётся рассказать ему всё, чтобы спокойно дал нам её забрать. Да, он, может, до сих пор ненавидит меня, первого, кто ласкал его жену. Но вроде бы весть, что его приёмная дочка — принцесса, да ещё и эльфийского народа, обрадует его?.. По крайней мере, большим количеством золота можно уладить большинство из вопросов, как сложных, так и лёгких.

Дочка напугано отступила. К костру.

Нет, куда же ты?! Загоришься же!

Но заклинание вышло у меня интуитивно. И пламя я почти сразу потушил — оно и одежду её задеть особо не успело.

Я вышел из-за деревьев и, улыбаясь, пошёл к ней. К моей малышке. Сказал ей радостно:

— Здравствуй, дочка!

И спутники мои почтительно расступались, меня к ней пропуская. Вот, я сейчас разгляжу её близко-близко. И обниму. Я обниму свою дочь!

А она… моя малышка сама вдруг направилась ко мне. Я замер, внимательно смотря на неё.

Девушка подошла ко мне совсем близко. Я собрался было обнять её, но замер, от странной улыбки, вдруг появившийся на этом симпатичном лице. Улыбке-оскале, которая её вдруг обезобразила. А она…

Дочка вдруг плюнула мне в лицо.

Да ещё и ударила со всей силы по моему лицу, слюну размазывая.

За что?!

Она прошипела со злобой:

— Это за маму!

Маги схватили её, насильно опуская начавшую было подниматься руку. Кажется, она хотела снова меня ударить. Но почему?!

— Ты оскорбила нашего короля! — мрачно выдохнул Хэм.

Страх исказил её красивое лицо. А потом… потом, в довершение этого жуткого приветствия, она расхохоталась как сумасшедшая!

Но нет… она снова меня удивила! Заорала весело: