— Точно, договор намерений в устной форме.

— Понятно, — спокойно, безо всякого восторга говорит она. — Но главная проблема, которая существует… ты вроде её понимаешь… не в том, как и где заработать. Вопрос в том, что дальше…

— И на этот вопрос, я как раз смогу дать исчерпывающие ответы. Возможно, исчерпывающими они станут не сразу, но станут. Пока пусть это останется между нами, хорошо?

— Хорошо, — пожимает она плечами. — Договорились.

В гостинице меня поджидает Джемо.

— Бро, — смеётся он, — ты походу здесь уже хозяином себя чувствуешь. Местных шугаешь, Рубику на спине отметку сделал. Братва ждёт, не дождётся, когда же ты уже в права вступишь.

— Блин, да они вообще беспредельщики тут у вас.

— Ну да, в силе пацаны. Что хотят, то и творят. Но ты их умыл вчера конкретно.

— Да это не я, вообще-то. Два ковбоя вписались за девичью честь. Прохожие.

— Я не знаю про ковбоев, — хмыкает Джемал, — они приехали и уехали. А вот тебе, если хочешь здесь подзадержаться, поляну расчищать придётся. После таких-то заявочек. Въезжаешь?

— Ну, значит расчистим, что говорить. Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути.

— Ну ладно, — кивает он. — Главное, чтобы ты не съехал потом. А то кипиш конкретный назревает. Ну, и поосторожней, а то Назар зуб на тебя точит.

— Обиделся что ли? — усмехаюсь я.

— Ты это, при посторонних так не скажи, — смеётся он. — А то будет ещё один повод для мести.

— А ты знаешь, что он думает, будто Зураба и Пермяка я унасекомил? — поднимаю я бровь.

— Ну, а какая разница? — зубоскалит он. — Двумя харями больше, двумя меньше.

— Так ты смотри, не увеличивай отсчёт тел, а то тоже ко мне прилипнут.

— Не буду, — улыбается он. — Когда начинаем?

— Поговорю завтра с Цветом, может, и сегодня ещё успею и будем уже конкретные вещи какие-то делать. Он схода ждёт, мне кажется.

— Да нахрена его ждать? Похеру сход, надо делом заниматься. Ладно, я тоже приеду послезавтра, наверное. Тогда и побазарим все вместе. Лады?

— Лады.

В Москву прилетаем под вечер. В аэропорту нас встречает Сергеич и водители Новицкой и Скачкова. Анатоля и Еву берётся подвезти Тимурыч, а Яну забирает Ирина.

— Через пару дней машина будет готова, — сообщает первым делом бывалый таксист, когда мы отъезжаем от аэропорта.

Хорошо, что будет. Надо ещё парочку машин организовывать. Машины, спецсвязь, водителей. Всё надо. И хату надо. С Мартиком так и не встретился, уже вон сколько времени прошло, он мог и передумать, или другому кому-то квартиру отдать. Завтра утром первым делом озабочусь этим вопросом. Значит, надо Гале позвонить.

Но Гале я не звоню, потому что сразу, как только приезжаю в гостиницу, мне звонит Де Ниро.

— Приехал, Егор?

— Приехал, Леонид Юрьевич.

— Ну и отлично. Поболтаем?

— Давайте. В казино или в пельменной?

— Лучше у меня. Сможешь подскочить?

— Не вопрос, — соглашаюсь я. — Когда?

— А давай прямо сейчас, не против?

— Нет, не против.

— Ну и отлично, я тогда пропуск сделаю.

С корабля на бал — вечная тема. Нет, чтобы лечь, понежиться, полистать «За рулём», посмотреть ящик и мирно отрубиться, я еду на Лубянку. Так отупею. Книг не читаю, кино не смотрю, в театры не хожу. Культурный фон опускается ниже и ниже. Надо с этим что-то делать.

Захожу в тот же подъезд, что и в прошлый раз и жду. Блин… Дежурный коротко бросает:

— Ожидайте.

Он отворачивается и не обращает на меня внимания. Ему звонят, приносят бумаги, а я всё стою.

— Простите, — решаюсь обратиться минут через пятнадцать. — А на меня пропуск готов или нет? Брагин Егор Андреевич.

Он на меня даже не смотрит. Ну ладно. Жду ещё. Наконец, ещё минут через пять появляется молодой, но чрезвычайно серьёзный лейтенант.

— Брагин! — вызывает меня он. — Пройдёмте.

Он ведёт меня по коридорам, но только совсем не туда, куда я ходил в прошлый раз.

— Товарищ лейтенант, а мы разве не к Злобину идём? — спрашиваю я.

Он не реагирует, молча печатая шаги.

— Сюда, пожалуйста.

Мы спускаемся в подвал и подходим к железной двери. Лейтенант коротко стучит в неё и она практически сразу открывается.

— Брагин, — говорит он другому лейтенанту, похожему на него, как две капли воды.

— Проходите, — не приглашает, а приказывает второй лейтенант.

Я прохожу, разумеется, но понять, что здесь происходит пока не могу. Переступив через порог, оказываюсь в унылой комнате со стенами, выкрашенными масляной краской, столом и двумя стульями, похожей на комнату для допросов.

— Простите, — хмурюсь я. — А что происходит? Я вообще-то к Леониду Юрьевичу Злобину иду.

— Присаживайтесь, — отвечает мне лейтенант. — И ожидайте.

— А чего ожидать-то?

А чего хотите, того и ожидайте, словно говорит он, молча подходя к двери и выходит из комнаты.

Дверь с гулом закрывается, отзываясь в сердце низкими тревожными вибрациями. Воцаряется тишина.

15. Тра-та-та, тра-та-та, мы везем с собой кота…