Читаем Взгляды полностью

«Царство свободы, — писал Маркс, — начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, следовательно, по природе вещей, она лежит по ту сторону сферы собственно материального производства, по ту сторону начинается развитие человеческих сил, которые являются самоцелью истинного царства свободы, которые, однако, могут расцвести на этом царстве необходимости, как на своем базисе. Сокращение рабочего дня — необходимое условие». (К. Маркс, ПСС, том 25, ч. II, стр. 386–387).

Мы могли бы продолжать иллюстрацию нашего утверждения большим количеством выдержек, решительно опровергающих домыслы Солженицына насчет взглядов основоположников коммунизма о свободе, но считаем, что и приведенных цитат достаточно против двух-трех фраз, выхваченных Солженицыным из контекста произведений Маркса и Энгельса.

Приведу теперь несколько выдержек из произведений Маркса и Энгельса насчет их отношения к демократии, против тех нескольких слов, не увязанных с текстом, которые я привел из речи Солженицына.

«Если что не подлежит никакому сомнению, — писал Энгельс, — так это то, что наша партия и рабочий класс могут прийти к государству только при такой политической форме, как демократическая республика. Эта последняя даже является специфической формой для диктатуры пролетариата, как показала уже Великая Французская революция». (ПСС, том 22, стр. 237).

Во введении к «Гражданской войне во Франции», написанном в 1890-м году, Ф. Энгельс писал:

«Против неизбежного во всех существовавших до сих пор государствах превращения государства и органов государства из слуг общества в господ над обществом, коммуна… применила два безошибочных средства. Во-первых, она назначила на все должности по управлению, по суду, по народному просвещению лиц, выбранных всеобщим избирательным правом, и притом ввела право отзыва этих выбранных в любое время по решению их избирателей. А во-вторых, она платила всем должностным лицам, как высшим, так и низшим, лишь такую плату, которую получали другие рабочие… Таким образом, была создана надежная помеха погоне за местечками и карьеризму». (Маркс — Энгельс, ПСС, том 22, стр. 200).

Ф. Энгельс прекрасно понимал, что идея свободы, как бы она ни была привлекательна, на практике может быть превращена людьми, которые окажутся у руководства, в отвратительную диктатуру. Поэтому он одобрял ограничения, примененные коммуной против возможного злоупотребления властью. Суть дела состоит в том, что в то время как отношение Маркса и Энгельса к свободе вытекало из их философских взглядов на историю, А. И. Солженицын, взявшись за критику их взглядов, не дал себе труда ознакомиться с основными произведениями Маркса и Энгельса, а также с философскими работами Г. В. Плеханова, перу которого принадлежат самые крупные философские произведения марксизма, а также с его статьями о Белинском, Герцене, Чернышевском, Добролюбове, — а воспользовался вне контекста выхваченными фразами из произведений Маркса и Энгельса.

III. «Положение рабочего класса, — говорили коммунисты, — при том строе, который существует сейчас, будет все ухудшаться, ухудшаться, ухудшаться, дойдет до полной нищеты и невыносимости. У нас бы так накормить». (Солженицын, «Речь в Нью-Йорке 9-VII-75»).

«Теория обнищания, — писал Ф. Меринг, — в биографии К. Маркса, отражала определенную практику, о которую спотыкалось даже законодательство господствующих классов. Маркс и Энгельс были настолько далеки от того, чтобы выдумывать эту «теорию обнищания», что, наоборот, с самого начала восстали против нее. Они, конечно, не оспаривали этот сам по себе несомненный и всеми признанный факт массового обнищания, но доказывали, что обнищание есть не вечный закон природы (как это доказывали буржуазные экономисты), а историческое явление, вполне устранимое. В этом отношении манифесту можно поставить в упрек лишь то, что он недостаточно освободился от взглядов буржуазной «теории обнищания». (Ф. Меринг «К. Маркс»).