– Я же говорила, что тебе понравится, – отвечает Полин. – Может, сходим как-нибудь еще раз?

– Ни за что, – решительно возражает Рон.

У всякого человека есть свои пределы.

– Послушаем, что ты скажешь после парилки, – говорит Полин.

Рон поднимается с массажного стола. О чем он думал перед самым пробуждением? Он пытается вспомнить, но мысль уже ускользнула.

Ну да ладно. Если это действительно важно, то он вспомнит.

Глава 41

– Но как можно убить кого-то в тюрьме? – спрашивает Майк Вэгхорн.

Эндрю Эвертон выполнил, что обещал: навел справки о Хизер Гарбатт. Они стоят на пирсе в Файрхэвене со стаканчиками чая в руках. Майк приветственно кивает взволнованным прохожим.

– Проще, чем вы думаете, – отвечает Эндрю Эвертон, пытаясь подуть на чай через крошечное отверстие в крышке стаканчика. – Хотя сейчас министерство внутренних дел задает мне точно такие же вопросы.

– Там нет камер видеонаблюдения? Кто-то незаметно проник в ее камеру?

В одиннадцать утра Майку надо быть на открытии скейт-парка, и Эндрю Эвертон договорился встретиться с ним заранее. Майк понимает, что не у каждого есть свой главный констебль на подхвате. Таковы преимущества его работы.

– Камеры видеонаблюдения повсюду, – говорит Эндрю Эвертон. – Но тот, кто нас интересует, таинственным образом «пропал». Два последних часа жизни Хизер Гарбатт оказались стерты.

– Господи, – произносит Майк. – И это обычное дело?

– Раньше случалось чаще, – признаёт Эндрю Эвертон. – Но и теперь бывает. Хватает нескольких фунтов, положенных в нужный карман, чтобы стереть данные.

– Но это определенно указывает на убийство, – замечает Майк. – Плюс записка, которую она написала!

– Полагаю, да, – соглашается Эндрю Эвертон.

– Должно быть, это как-то связано с Бетани, – предполагает Майк, махнув рукой женщине на мотороллере. – Наверняка ведь, да? Хизер Гарбатт вот-вот должна была выйти из тюрьмы, она боялась за свою жизнь, а потом раз – и умерла!

– Если честно, – отвечает Эндрю Эвертон, – в тюрьме невозможно ничего угадать. Там свой закрытый мир. Но прижми меня к стенке, и я скажу, что да, наверняка связь есть. Это мое личное мнение как друга.

– Спасибо, Эндрю, – благодарит Майк. – Значит, если мы поймаем того, кто убил Хизер Гарбатт, то, возможно, разоблачим убийцу Бетани?

– Не исключено, – говорит Эндрю Эвертон.

Он наблюдает за молодым человеком в спортивном костюме, который лениво прогуливается по пирсу, засунув руки в глубокие карманы. Куда он идет в такую рань? Что у него в карманах? Конец пирса – хорошее место для личной встречи. С кем встречается этот парень? Эндрю грустит по тому времени, когда он дежурил на улицах; когда ежесекундно находился в гуще событий, доверяя инстинктам. Ему нравится стезя руководителя, но он скучает по работе детективом.

– Так кто же мог получить доступ к ее камере? – спрашивает Майк.

– Во-первых, надзиратели, – отвечает Эндрю Эвертон. – Мы уже проводим внутреннее расследование. Во-вторых, другие заключенные, если они заслужили достаточное доверие.

– Ее мог убить другой заключенный?

– В тюрьме полно убийц, – говорит Эндрю Эвертон.

– Но отключить систему видеонаблюдения? Неужели такое мог бы проделать заключенный?

– У некоторых заключенных бывают очень широкие связи, – поясняет Эндрю Эвертон.

– Выходит, какой-нибудь заключенный или заключенная могли просто зайти в ее камеру, взять вязальные спицы и…

– Вы позволите? – спрашивает мужчина в малярном комбинезоне, протягивая телефон. – Сам я не стал бы, но моя мама – ваша фанатка.

Майк кивает и улыбается, пока мужчина делает селфи.

– Я буду копать и дальше, Майк, – говорит Эндрю Эвертон. – Обещаю.

Мужчина в комбинезоне идет дальше и останавливается возле кафе. Затем он ставит жестяную банку у вычурной железной конструкции, покрытой облупившейся краской, и начинает ее чистить. Молодой человек в спортивном костюме подходит к нему, достает кисточки из глубоких карманов и приступает к покраске. Эндрю улыбается сам себе. У всех бывают неудачи. Кстати, о неудачах…

– Я хотел бы… – Эндрю Эвертон колеблется. – Я тоже хотел попросить об услуге, Майк, если вам будет не трудно.

– О какой же? – спрашивает Майк.

– Я не очень знаю, как устроено телевидение, но я всего лишь… Я хотел бы надеяться… Вы случайно не знаете кого-нибудь на «Нетфликс»? Я все шлю и шлю им свои книги, а они даже не отвечают.

Глава 42

– Насыпьте на меня еще немного земли, – просит Виктор Богдана. – Просто для тепла.

Виктор, будучи профессионалом до мозга костей, настоял на том, чтобы его похоронили обнаженным. Он знает, что любой уважающий себя убийца оставляет в могиле как можно меньше улик. Если они не хотят вызвать подозрений у Викинга, то будет правильно это учесть. Конечно, до последнего возможного момента он сидел благообразно укутанный, наблюдая, как Богдан роет могилу. За свои годы Виктор повидал многих людей, копавших могилы, но мало кто делал это с такой скоростью и эффективностью, как Богдан. Виктору даже кажется, что ему нравится эта работа.