«Кто будет смеяться последним?» – думал Дэш, протягивая руку и отламывая длинный стебель от цветущей лозы. Он поднес ветку к огню и смотрел, как на конце быстро разгорается пламя. Но когда он вытащил горящую ветку из светильника и поднес ее к деревянным доскам на стене, ночной воздух загасил огонек. С шипением он исчез, оставив только вьющуюся вверх струйку дыма.

Дэш чувствовал, как горят щеки. Он попытался снова. И снова пламя погасло прежде, чем он успел поднести его к зданию.

«Что случилось, маленький братик?»

Дэш отпрянул от стены.

– Дилан? – позвал он.

Азуми коснулась его плеча.

– Дилана здесь нет, Дэш, – мягко прошептала она.

«Ты же не хочешь на самом деле уничтожить Ларкспур, правда? Если ты уйдешь, я останусь здесь один».

– Хватит! – взмолился Дэш, тряся головой. – Тебя нет!

«О, я есть, – ответил голос Дилана у него в голове. – Есть и ты, и я».

Дэш краем глаза видел, как девочки тревожно переглянулись. Не обратив на них внимания, он взялся за основание светильника. Он крутил крышку, пока она не упала на траву, – изнутри вырвался дурманящий запах керосина, и глаза заслезились. Он выплеснул жидкость из фонаря на вьющиеся лозы.

– Надеюсь, это сработает, – пробормотал он, поджигая новую веточку и поднося ее к лозам. На этот раз огонь вспыхнул и быстро побежал вверх, слизывая со стены горючую жидкость.

Поппи охнула, когда вдруг вспыхнул свет и на нее повеяло жаром. Азуми шагнула назад, широко раскрытыми глазами глядя на стену.

Довольный Дэш чуть было не разразился хохотом. Но на него вдруг нахлынули воспоминания. Он заходит в гримерку. Сверху на него падает ведро. Он стоит весь мокрый. Дилан тянется к искрящейся лампе.

«Ты убиваешь меня снова, – сказал голос Дилана у него в голове. – Ты меня ненавидишь! И всегда ненавидел!»

– Это не так! – завопил Дэш, пятясь назад, вдыхая запах гари. – Это был несчастный случай! Я никогда не хотел…

Огонь начал гаснуть, от зеленых лоз и лиловых цветов повалили густые белые клубы дыма, точно дом самостоятельно тушил пламя.

– Нееет! – взвыл Дэш, схватившись за голову.

– Но у нас же почти получилось! – воскликнула Азуми.

– Дэш… – заговорила было Поппи.

Он перебил ее:

– Молчи. Пожалуйста.

Огонь потух. В ярости Дэш взмахнул рукой, в которой был зажат фонарь – пламя бешено металось в стеклянной клетке, – и со всей силы метнул его в дом. Стекло разбилось, во все стороны полетели искры и керосин. Девочки шарахнулись от нового огня, увлекая за собой Дэша, и все трое рухнули на землю.

Дэш закусил губу. Все еще надеясь. Надеясь. Но огонь снова погас.

У него в голове хихикнул голос Дилана: «Хорошая попытка… маленький братик».

– Заткнись, Дилан! Я пытаюсь помочь тебе! – Голос умолк. Но тишина ранила сильнее, чем насмешки. – Дилан? Прости. Ты здесь?

– Дэш, с кем ты разговариваешь? – спросила Поппи. – Мы здесь одни.

– Что будем делать теперь? – поинтересовалась Азуми.

– То, что предлагала я, – сказала Поппи, ее голос звучал жестко. – Мы должны вернуться в дом и найти мастерскую Фредерика. Договор должен быть там.

Глава 27

УСЫПАННЫЙ ОСКОЛКАМИ ПРИГОРОК остался позади, и теперь все трое искали незапертую дверь или окно. Но все проходы, на которые они натыкались, были на замке, а стекло не разбивалось. Казалось, Ларкспур знает, что они хотят сделать, и не пускает их внутрь. Поппи считала это доказательством, что они на верном пути.

– Ну же, Конни, – шептала она, когда они шли в обход дома. – Впусти нас.

– А с кем ты говоришь, Поппи? – поинтересовался Дэш. – Возможно, ее тоже здесь больше нет.

Поппи поджала губы, стараясь не встречаться с ним взглядом.

– Конни? – всхлипнула она. – Пожалуйста!

Со злости Дэш ударил ногой по основанию дома. Отпрыгнув назад, он смотрел, как сверху вниз катятся большие камни и сминают траву прямо перед ним. Когда лавина сошла, на фундаменте осталась большая дыра.

– Что это было, Дэш? – спросила Азуми.

– Я не хотел.

Едкая вонь ударила Поппи в лицо, когда она нагнулась, и девочка закашлялась. Пахло так, будто что-то долго гнило в отключенном холодильнике. И запах был знакомый.

– Не так я надеялась попасть внутрь, – заметила Азуми.

Дэш покачал головой и оглянулся назад, на холм, как будто готов был бежать отсюда куда глаза глядят.

Поппи пожала плечами, стараясь вынырнуть из пелены страха:

– А какой у нас выбор?

– Дом этого и добивается, – сказал Дэш, пятясь назад.

Поппи понизила голос:

– Но и мы этого добиваемся. – Она опустилась на четвереньки и поднесла лицо ближе к дыре. – Дэш, посвети, пожалуйста.

Он достал из кармана телефон и направил луч света на пробоину.

– А может, дом просто возводит вокруг нас стены, чтобы мы не смогли найти договор? – спросил он.

В стене высветился небольшой островок, покрытый крошкой разбитого фундамента. А дальше царила непроницаемая тьма.