Читаем Выбор (СИ) полностью

Мы стоим рука об руку над гаснущим костром. Я смотрю в ее широко раскрытые глаза, в них любовь, радость, в них обещание. И через секунду оба свертка падают в огонь.

Почти угасший было костер, приняв новую пищу, вспыхнул и выстрелил снопом искр. Слишком сильным для двух небольших свертков бумаги. Рука Роберты чуть вздрогнула, я сжал ее крепче, удерживая. Она склонила голову к огню, глядя, как языки пламени пожирают листки бумаги и с ними слова. Слова радости, надежды, любви. И слова отчаяния, безысходности, одиночества. Все они, такие разные, сейчас были одним, соединенным огненным венчанием. Эти слова уходили в небытие. Очищающий огонь подводил черту подо всем.

Мы рука об руку стояли над угасающим костром. Роберта повернулась ко мне и заглянула в глаза, близко-близко, наклонив мою голову к себе.

- Милый, зачем?

Я ласково погладил ее по холодной на ночном ветру щеке.

- Эти письма - знак прошлого, девочка. Прошлого, причинившего тебе боль.

Бережно обнял её и дальнейшие слова просто шептал, зарывшись лицом в каштановый аромат волос, шляпка куда то упала, но я уже не обращал внимания. А Берта доверчиво прижалась и слушала.

- Это страшные письма, родная. Каково тебе было их писать..А каково их читать, если я - не ОН..А рядом - письма Сондры, такие радостные и беззаботные. И все это - твоя боль, милая моя девочка. И все это я решил предать огню. Здесь. Сейчас. Предать огню прошлое. Сжечь твое отчаяние, твое одиночество.

Слегка отстранил от себя Роберту и охватил взглядом всю её маленькую такую хрупкую и беззащитную фигурку.

- Твоя детская сказка сбылась, солнышко. Из тьмы пришел пусть не принц, но тот, кто никогда не оставит тебя одну. Слышишь?

- Слышу, любимый. И я обещаю никогда не оставить тебя.

И ее губы уже не внезапным порывом отчаяния, а ласково и мягко нашли мои. И время остановилось для нас, и сколько его прошло, уже никто не замечал.

Мы медленно шли по тёмным безлюдным улицам и молчали. Ладошка Роберты уютно устроилась в моей руке, она полюбила так ходить, жаль только, что это пока доступно только ночью. Мимо неспешно проплывают спящие дома, кроны высоких деревьев провожают нас тихим шелестом ветвей, как бы говоря - вы не одни, мы смотрим, мы охраняем вас. Ничего не бойтесь. Элм- стрит. Вот и номер 34. Останавливаемся поодаль за группой деревьев, где я ждал Роберту прошлым утром.

- Домой? - ничего умнее не сказалось почему то.

Роберта улыбнулась.

- А ты домой?

И мы рассмеялись, обнял её за плечи и потерся щекой о мягкие волосы.

- Да, пойду домой..

И не закончил фразу, смех оборвался. Домой?

- Клайд, что с тобой?

Берта встревоженно заглянула мне в лицо.

- Ты так замолчал..Что то случилось? Клайд, не пугай меня! Ну, пожалуйста!

- Шш, перестань!

Встряхнул ее легонько за плечи, ну что ты с ней будешь делать..

- Чего испугалась?

- Ты стал такой..Такой..

- Просто мне туда нельзя, родная..

Роберта поняла сразу. Широко раскрыла глаза и прижала ладонь ко рту..

- Там все принадлежит ЕМУ. Все им пропитано. Я был там, Берта.. Я чувствовал, это прямо давит. И я не хочу туда идти.

- А если пойдешь, что произойдет? Он вернется? Вернется? Боже..

Берта как то сразу поникла, став маленькой отчаявшейся девочкой наедине с снова обманувшим ее миром. Резко разворачиваю ее к себе. Лицо к лицу. Глаза в глаза. Голос вырывается из пересохшего горла рычанием.

- Я не отдам ему тебя! Поняла? Поняла??

Ее лицо зарылось мне в грудь, плечи затряслись.

- Не хочу..не хочу..Не отдавай меня..

Тихие всхлипывания заглушили ее отчаянную мольбу.

- Не отдавай..Не уходи..Не иди туда..

- Берта, я останусь у тебя сегодня. Можно?

И эти такие простые, логичные, и при этом такие неожиданные слова внезапно разрядили эту мрачную ситуацию. Роберта удивленно и радостно вскинула на меня глаза.

- Милый, оставайся, куда же ты пойдешь..

- Не бойся, я уйду раньше, чем все встанут. Уйду тихо, никто не услышит и не увидит.

- Страшно только..- Берта протянула совсем по детски, - а если мы проспим?

Я только усмехнулся.

- Не проспим, я умею просыпаться когда надо.

Роберта с забавным шутливым сомнением посмотрела искоса. Ой, ли?

- Нет, я могу, конечно, пойти куда нибудь под забором пристроиться, солнышко.

Произношу это с нарочитым смирением, хотя про забор не шучу, в общем, я и там посплю, если что. Но под крышей и рядом с Робертой - лучше. А вот на Джефферсон-стрит я не пойду. Точка.

- Нет, милый, никаких "под забором". Оставайся.Только мы тихо, да?

Лапочка ты моя, я тебя обожаю.

- Конечно, солнце, тише мыши.

И мы, оглядевшись, шмыгаем как те помянутые мыши к окну. Бесшумно открываю ставни, на этот раз лезу первый. Меня обнимает такой гостеприимный полумрак комнаты, такой домашний запах. Разворачиваюсь и принимаю руки Роберты, подхватываю.

- Колено на подоконник, забыла?

- Ну, Клайд..Я не умею..

- Учись, тютя!

И мы вваливаемся в комнату, на паркет я решил нас не ронять. На часах около двух ночи, времени отдохнуть полно. Вздыхаю с облегчением. Поворачиваюсь к Роберте, улыбаюсь и спрашиваю так просто, как будто и не было страха пару минут назад.

- Спать или чай сначала? Предлагаю чай.