«Да ведь он совершенно не разбирается в сути вопроса, – подумал Крофтс. – Примитивный материалист, типичный человек, рожденный в семье коммунистов и воспитанный в коммунистическом обществе. Для таких все вокруг либо черное, либо белое, третьего не дано».

– Ошибаетесь, – заметил мистер Ли, уловив мысли Крофтса.

Тот покраснел.

– Прошу прощения, совсем забыл… поверьте, ничуть не хотел вас обидеть.

– Еще вы, вижу, – продолжал мистер Ли, – полагаете, что Уилбер, как он себя именует, Мерсер может оказаться нуль-Т. А известно ли вам, какой позиции на этот счет держится партия? Вопрос обсуждался всего несколько дней назад. Позиция партии такова: иных рас, рас нуль-Т, в пределах Солнечной системы нет. Вера в существование рудиментов некогда превосходивших человечество рас есть разновидность нездорового мистицизма.

Крофтс испустил тяжкий вздох.

– Решать эмпирическую проблему путем голосования, с чисто политических позиций… нет, этого я понять не в силах.

– Прошу вас, – успокаивая обоих, вмешался в разговор госсекретарь, Херрик, – не будем отвлекаться на умозрительные материи, по поводу которых расходимся во взглядах. Сосредоточимся на главном – на партии мерсеритов и ее невероятно быстром распространении по всему миру.

– Разумеется, – согласился мистер Ли. – Разумеется, вы совершенно правы.

III

На летном поле аэропорта Гаваны Джоан Хияши остановилась и огляделась.

Другие пассажиры быстрым шагом шли от корабля к дверям в зал ожидания номер двадцать. Из вокзала, как всегда, не без опаски потянулись наружу встречающие – друзья, родственники, хотя правилами аэропорта встречающим выход на поле был строго запрещен. Среди них обнаружился и молодой, рослый, худощавый китаец с приветливой улыбкой на лице.

– Мистер Ли? – окликнула его Джоан, подойдя ближе.

– Да-да, – подтвердил китаец, поспешив к ней. – Проголодались? Самое время поужинать. Позвольте, я отвезу вас в ресторан, к Хан Фар Ло. Там подают утку под прессом, суп из ласточкиных гнезд по-кантонски… все это, согласно канонам кантонской кухни, жутко сладкое, но – в кои-то веки! – съедобное.

Вскоре они, добравшись до ресторана, заняли полукабинет, отделанный красной искусственной кожей и пластиком под африканский дуб. Со всех сторон слышалась бойкая кубинская и китайская речь, в воздухе веяло жареной свининой и дымом сигар.

– Значит, вы – ректор Гаванского Института Востоковедения? – уточнила Джоан, чтобы наверняка исключить ошибку.

– Совершенно верно. Конечно, из-за религиозных аспектов Коммунистическая партия Кубы на нас поглядывает косо, однако многие из местных, островных китайцев исправно посещают наши лекции либо подписаны на институтскую периодику. Вдобавок, как вам, безусловно, известно, к нам приезжает немало видных востоковедов из Европы и Южной Азии… Кстати! Признаться, я до сих пор никак не пойму одной дзенской притчи. Монах, рассекший надвое котенка… сколько ни изучал вопрос, сколько ни размышлял – убейте, не понимаю, как отыскать Будду в акте жестокости по отношению к безобидному зверьку? Нет-нет, – поспешно добавил мистер Ли, – я с вами вовсе не спорю… всего лишь ищу знания!

– Да, из всех дзенских притч эта, пожалуй, самая сложная, – согласилась Джоан. – Тут нужно задаться вопросом: где тот котенок сейчас?

– Это наводит на мысль о начале «Бхагавадгиты»[12], – с отрывистым кивком подхватил мистер Ли. – Помнится, там Арджуна говорит так:

– Именно, – подтвердила Джоан. – И ответ Кришны, самое глубокое суждение о деянии и смерти во всех добуддистских религиях, вы тоже, конечно же, помните.

Рядом с их столиком в ожидании заказа остановился официант, кубинец в берете и хаки.

– Попробуйте жареные вонтоны, – посоветовал мистер Ли. – И курочку с овощным рагу, и, разумеется, яичный рулет. Яичный рулет сегодня есть? – спросил он у официанта.

– Си, сеньор Ли, – подтвердил официант, ковырнув в зубах зубочисткой.

Мистер Ли сделал заказ для обоих, и официант удалился.

– А знаете, – сообщила Джоан, – тесно общаясь с телепатами, спустя какое-то время начинаешь чувствовать интенсивное прощупывание мыслей… и лично я всегда точно знаю, копается ли Рэй в моей голове. Вы – телепат и в данную минуту скрупулезно исследуете мои мысли.

– Как мне хотелось бы, чтобы вы оказались правы, мисс Хияши, – с улыбкой возразил мистер Ли.