Читаем Всё не так полностью

Так продолжалось довольно долго — десять минут, двадцать, тридцать… Обычно в таких ситуациях кажется, что время ползет страшно медленно, но на этот раз я даже и не заметил, как закончился первый тайм. Вернее, заметил — но лишь после того, как прозвучала судейская трель.

— Хорошо, хорошо, — довольно кивнул Леонид Иванович, снова собрав всех в раздевалке. — Именно так и продолжаем. Статус-кво, 0:0, оборона. Никаких ненужных контратак. Держимся и дальше.

Потом перерыв закончился, и я снова зашагал к скамейке запасных. Конечно же, я радовался за своих товарищей — и все же не мог при этом не отметить тот печальный факт, что при счете 0:0 никакой джокер во втором тайме «Гладиаторам» не понадобится. А это значило, что моя возможность-opportunity превращалась в дырку от бублика…

И тут все изменилось — не знаю, были ли тому виной мои эгоистические мысли. Как только начался второй тайм и футболисты ИКС снова бросились в атаку, один из японцев нанес дальний удар. Удар оказался слабым, и Митя уже готовился поймать мяч, как вдруг умудрился… поскользнуться на ровном месте и шлепнуться на траву. Конечно же, мяч не стал ждать, пока Митя поднимется, а преспокойно вкатился в наши ворота. 0:1.

Леонид Иванович схватился за голову. Такое статус-кво его уже не устраивало. Теперь надо было менять всю тактику.

— Вперед! В атаку! Сравнять! — стал орать тренер во все горло, одновременно еще и махая руками, чтобы лучше довести до игроков на поле свою нехитрую мысль.

И «Гладиаторы» стали атаковать. Японцы же, забив наконец желанный первый гол, ушли в оборону, лишь иногда огрызаясь контратаками — конечно, им хотелось забить еще, но удержать победу хотелось больше. Наши же атаки сначала были совершенно беззубыми, но постепенно становились все более и более уверенными и опасными. Но не настолько опасными, чтобы японская оборона не могла с ними справиться.

А время шло, и я все ждал, когда же Леонид Иванович вспомнит о своем новом джокере. Однако с подобной заменой тренер явно медлил — и я даже понимал, почему. В конце концов, счет 0:1 в гостях не так уж и смертелен — ведь можно выиграть 2:0 дома и одержать таким образом общую победу.

Где-то на семидесятой минуте тренер наконец замену сделал — вместо защитника Ромы Левченко на поле вышел… нет, не я, а полузащитник Федя Бронский. Атаки «Гладиаторов» все продолжались, напряжение все нарастало… но и времени оставалось все меньше и меньше.

И вот минут за десять до конца произошло грубое нарушение правил — один из японских защитников врезал со всего размаха по левой ноге Лехи Кузнецова, нашего правого нападающего.

— Фа-а-ак!!! — застонал на весь стадион Леха, падая на спину и хватаясь за поврежденную ногу.

Следует заметить, что использование иностранного языка Лехе не помогло — судья-индус его отлично понял и сделал Кузнецову замечание. Но он был справедливым человеком, а потому показал японцу желтую карточку и назначил штрафной удар.

На помощь Лехе кинулись врачи — но смогли лишь помочь ему доковылять до кромки поля. Кузнецов даже ступить не мог на левую ногу, не то что играть.

— Сашка! — вдруг повернулся ко мне тренер. — Давай-ка вместо Лехи!

— Спасибо, Леонид Иванович! — вскочил я со скамейки.

— Нужно мне твое спасибо… — махнул рукой тренер. — Ты вон давай гол забей, джокер…

Я бросился на поле. Штрафной удар все еще не был пробит. Японцы аккуратно выстраивались в стенку, а судья вежливо, но непреклонно отпихивал ее на положенное расстояние.

— Кто будет бить? — крикнул я левому нападающему Васе Трифонову, своему импровизированному партнеру.

— Давай ты, Сашка… — махнул Вася рукой. — Я уже раз пять сегодня бил, все без толку. Авось тебе больше повезет…

Я подошел к мячу. До угла штрафной площадки было метров десять, до ворот — где-то двадцать пять. Как следует оценив расположение игроков противника в стенке и у самых ворот, я решил попробовать тот коварный удар, которому меня научил — еще там, в Гомеле — Опанас Мефодьевич, лучший в городе детский тренер.

Засвистел свисток. Можно было бить. Я нанес удар.

Описав сложную траекторию, мяч перелетел над стенкой, обогнул двух японских защитников и влетел в нижний правый угол ворот мимо не успевшего среагировать вратаря.

Через пять секунд я был погребен под кучей-малой, состоящей из моих товарищей по команде.

До конца матча счет 1:1 так и не изменился.

* * *

Зайдя в вагон-ресторан скорого поезда «Пусан — Хабаровск», я заказал большую тарелку суши и огромный стакан «Пепси», после чего уселся за свободный столик и принялся завтракать, одновременно любуясь из окна красотами японской провинции Корея. Немного болела голова — вчера по случаю нежданного успеха пришлось выпить двести грамм. Другие «Гладиаторы», впрочем, отпраздновали нашу удачу еще более бурно. Двое ребят даже отправились в «веселый квартал» — то ли к гейшам, то ли к путанам попроще. Звали с собой, но я поступил, как подобает порядочному бойфренду — и сохранил свое облико морале.

— Прошу прощения, — раздался незнакомый голос, отрывая меня от трапезы, — вы случаем не Александр Морозов?