Читаем Всё не так полностью

Так многие новые израильтяне стали искать другие варианты. Разумеется, возвращаться в СССР никто не собирался — да и не пускала назад родная партия. В Америку хотелось многим — но прорваться туда получалось только у самых удачливых. И тут израильтяне советского происхождения вспомнили о ДВР. Где те же свобода и демократия с капитализмом, но все вокруг говорят по-русски. И где дают гражданство всем выходцам из Российской Империи и Советского Союза.

Тем более, что в ДВР до сих пор каким-то чудом сохранилась Еврейская Автономная Область, основанная там в 30-х годах еще при Советской власти. Хотя вся эти годы она была еврейской только по названию, но именно туда стали понемногу сьезжаться «узники Сиона», сделав в конце концов данное название не просто географическим курьезом.

Однако в данном случае все это не имело никакого значения.

— Да ведь не евреи они, Барсик, — печально сказала Зинаида Мироновна. — И как же теперь быть?

— Может, подождать? — вслух подумал ее муж. — Я в свое время в Шанхае…

— Ты был молод и полон сил, — покачала она головой. — А мы столько ждать не можем…

— Так, может, столько ждать и не придется? — пожал плечами Барсик. — Перестройка ведь у них там. Глядишь, Горбачев и разрешит свободный выезд. Хотя бы в ту же Японию. А уж оттуда…

— Ой, Барсик, а что, если они не будут ждать? — неожиданно испугалась Зинаида Мироновна. — Помнишь ту семью музыкантов, которые самолет угнать хотели, а их всех постреляли? А вдруг и у моих такие же головы горячие? А вдруг и они пойдут на все, лишь бы оттуда ко мне выбраться? Самолет, может, и не угонят, а вот в отказники с плакатами, вроде тех же евреев, вполне податься могут…

— Ну ты же сказала, что Тарас у тебя не дурак, — попытался пошутить ее муж, после чего тут же завопил: — Го-о-о-ол!

— Ладно, — махнула рукой Зинаида Мироновна. — Смотри свой хоккей, потом договорим.

И ушла на кухню, чтобы чего-нибудь перекусить.

Но справиться с голодом оказалось легче, чем с тревогой.

* * *

Над Японским морем

Самолет «Хабаровск — Хиросима»

Юкио Кимомото чувствовал себя виноватым, поскольку летел бесплатно — билет в оба конца ему оплатила госпожа Барсина. Конечно, ей этот полет был куда нужнее, чем ему. Вот и пришлось госпоже Барсиной раскошелиться.

С другой стороны, а что ей оставалось делать? Разве вести о детях и внуках не стоят каких угодно денег? Особенно если этих детей и внуков нельзя приласкать, обнять, даже просто увидеть…

Несчастная Россия, подумал японец. Разделенные семьи, разделенные судьбы, разделенная страна… Советский Союз есть Советский Союз, Дальний Восток есть Дальний Восток, и вместе им не сойтись.

А ведь СССР и ДВР не только различны, не только враги — они к тому же и не признают друг друга. На всех советских картах, во всех советских учебниках Дальневосточная Республика именуется «территорией, временно оккупированной США». Так же относятся к ДВР и все другие соцстраны Европы во главе с Германией. Естественно, дальневосточное правительство в долгу не остается, называя СССР «германским протекторатом». Также не признают Советский Союз страны Запада — Америка, Британия, Португалия и другие члены НАТО.

Более того, те советские граждане, которым «посчастливилось» иметь в ДВР родственников, преследовались в страшные сталинские сороковые наравне с «членами семей врагов народа». Конечно, потом эти преследования ослабли, но и по сей день никто подобное родство не афиширует, несмотря ни на какую перестройку. Лишь взяв с Кимомото честное слово, Тарас рассказал ему по секрету, понизив голос, о подделанном еще в 42-м году свидетельстве о смерти, в котором сообщалось, что Зинаида Мироновна Захарченко уехала летом сорок первого не в Хабаровск, а в Свердловск. И не до начала войны, а после. И не в гости к родителям, а в эвакуацию. И не доехала, а погибла под немецкими бомбами.

Ну, а в Германию, где перестройкой никогда и не пахло, людей с таким политически неблагонадежным родством не пускают и вовсе. Ни в гости, ни на работу, ни даже транзитом.

И всему этому безумию конца-краю не видно, как не видно конца-краю и холодной войне. Которая началась из-за раздела России, и в которой Россия же является главной жертвой.

А вот Япония в холодной войне не участвует, довольно и в то же время как бы виновато подумал Кимомото. Японии в свое время повезло. А могло и не повезти. Ведь в 41-м все шло к войне с США. Задыхаясь из-за американского эмбарго, Япония всерьез готовила нападение, которое для нее наверняка стало бы самоубийственным. Но и Рузвельт отступать не желал.

И тут произошло совершенно непостижимое событие. Утром 21 июня советский Тихоокеанский флот совершил неожиданное, бессмысленное и самоубийственное нападение на американские корабли в гавайском Перл-Харборе.