Читаем Всегда в бою полностью

12.00. Определилось направление главного удара фашистов. Два их пехотных полка с 40–45 танками наступают на Гусаково, Громово почти строго на восток, к гряде господствующих высот. По флангам — вспомогательные удары: один на север, к железной дороге Великие Луки — Новосокольники, другой на юго-восток, к железной дороге Великие Луки — Невель. В совокупности на флангах действуют еще 10–15 танков и до полка пехоты.

Бой продолжается уже более двух часов. На флангах все атаки противника отбиты, в центре ему удалось овладеть деревней Громово и продвинуться еще метров на триста в стыке 22-го и 18-го гвардейских полков. Надо поплотнее прикрыть дорогу Великие Луки — Новосокольники. Выдвигаю туда главные силы 19-й гвардейской дивизии генерала Баринова.

14.30. В центре наших боевых порядков напряжение нарастает. 18-й полк с боями отходит на Плехново и Максимиху. 22-й полк вынужден загнуть левый фланг. Противник бросает в стык полков до 20 танков с пехотой. Танки натыкаются на минное поле, пытаются его обойти. Пушечный дивизион майора Овсянникова бьет им в борта прямой наводкой. Потеряв 6 машин, фашисты отошли. За последние два с половиной часа их продвижение вперед составило метров триста.

15.00. Небо очистилось от облаков, выглянуло солнце. Налетели «юнкерсы». Бомбят Плехново и Максимиху. Потом — сильный артналет и новая атака в центре. 22-й полк после ожесточенного боя вынужден был оставить Гусаково (вост.), 18-й полк — Плехново и Максимиху. В образовавшийся разрыв генерал Простяков выдвинул 6-й гвардейский пулеметный батальон и приданный дивизии 61-й гвардейский стрелковый полк.

Пулеметный батальон занял оборону на высоте 164,5. Вперед выдвинулись расчеты противотанковых ружей. Фашистские танки, проскочив горящую Максимиху, устремились на высоту. Взвод бронебойщиков старшины В. Ф. Шкиля открывает огонь. Сам Шкиль подбил танк из «бронебойки», его бойцы подорвали гранатами и забросали бутылками с горючей смесью еще две машины. Четвертый танк, проутюжив окоп рядового Кудряшова, смял ствол противотанкового ружья и пошел дальше. Кудряшов швырнул ему вслед противотанковую гранату. Удачно. Танк встал. Кудряшов забрался на него и, когда вражеский танкист приподнял крышку люка, швырнул внутрь машины вторую гранату.

17.00. Быстро темнеет. В зимних сумерках горят деревни, горят фашистские танки. Нет-нет да и грохнет, взметнув снопы искр, взорвавшийся в танке боезапас. Ружейно-пулеметная стрельба слабеет по всему фронту. Бой затихает, в морозном небе загораются звезды.

Выслушиваю доклад с правого фланга, из 19-й гвардейской дивизии: «Атаки отбиты. Противник не продвинулся ни на шаг».

Доклад с левого фланга, из 46-й гвардейской дивизии: «Противник активности не проявлял».

И наконец, доклад из центра, из 9-й гвардейской дивизии, в полосе которой был нанесен главный удар: «На участке 22-го полка противник за день боя продвинулся на 400–500 метров; на участке 18-го полка — на 900 метров; на участке 31-го полка — на 300–400 метров».

Докладываю итоги командарму. Сообщаю также о потерях в стрелковых полках, в противотанковой артиллерии. 45-й танковый полк пока еще в резерве, но он последний мой резерв. В обороне корпуса нет достаточной глубины.

— Будет глубина! — отвечает генерал Галицкий. — Принимайте части, ставьте в оборону.

Командарм был щедр. В ночь на 20 декабря он передал нам 36-ю танковую и 45-ю лыжную бригады, 28-й и 29-й инженерные батальоны. К утру наша оборона в центре приобрела должную глубину. Танковую бригаду и 45-й танковый полк я поставил в ближнем тылу 9-й гвардейской дивизии с задачей действовать методом танковых засад. Восточнее, на рубеже опорных пунктов (Федьково, Марково и др.), развернулись 45-я лыжная бригада и оба инженерных батальона. Получили мы и артиллерийское подкрепление. Часть артполков, до этого сражавшихся в городе Великие Луки, была переключена на поддержку войск 5-го гвардейского корпуса. Словом, рассвет нового боевого дня мы встретили как никогда уверенные в своих силах.

Всю ночь на моем НП работал командующий артиллерией 3-й ударной армии генерал-майор артиллерии И. С. Стрельбицкий со своей оперативной группой. Полковник В. В. Царьков ему помогал. Они уточняли координаты выявленных накануне целей, подготавливали различные виды артиллерийского огня, в том числе контрбатарейную борьбу.

В десять утра, как только заговорила артиллерия противника, Иван Семенович Стрельбицкий подал команду и у нас за спиной громыхнули ответные залпы тяжелых пушек и гаубиц. Они вели огонь по вражеским батареям. То на одном, то на другом участке фашистская артподготовка вдруг ослабевала, теряла и силу и точность. Это означало, что там, далеко впереди, снаряды тяжелых орудий Стрельбицкого накрыли очередную цель.