Читаем Все реки текут - 2 полностью

— Да? Я не знала, — растерянно сказала Дели, — тогда, может, посидим здесь? Здесь такие краски заката, мне здесь очень нравится, — сказала она и села в широкое кресло, обтянутое синим шелком.

— Ну тогда я схожу за лекарствами и спущусь к тебе.

— Может быть, тебя проводить? — спросила Дели, увидев, как он медленно и чуть тяжеловато идет, шаркая по паркету старыми тапочками.

— Зачем? Что я, старик или больной какой-нибудь? Я по-прежнему полон страсти! — сказал он, обернувшись и подмигнув ей. — Я собирался тебя разыскивать…

— После того как вернулся бы из Англии?

— Он и об этом написал? Старый болтун! Конечно, я бы все равно разыскал тебя, не может быть никаких сомнений, но то, что ты сама приехала, это для меня очень много значит. Я не хочу тебя спрашивать, что произошло, я ничего не понял в твоей записке, но она видишь как на меня подействовала. Кто бы мог подумать, что у меня больное сердце, поясница болела иногда, но сердце — это было просто ударом. Ну ладно, я пошел за лекарством. — Он снова двинулся из гостиной, но опять остановился. — Как видишь, я не хочу тебя ни о чем спрашивать, если сочтешь нужным, расскажешь сама, но… Мне кажется, здесь не обошлось без Берта…

— Ах, Максимилиан, при чем тут Берт! — вскричала Дели. — Ну иди же за лекарством, или мне все-таки проводить тебя?

Максимилиан грустно улыбнулся и, отрицательно покачав головой, вышел из гостиной. Дели колотила противная внутренняя дрожь. Она снова пожалела, что приехала, она снова сгорала от нетерпения видеть Берта.

Дели стала смотреть на багряные скульптуры, словно призрачные свечи светившиеся розовым пламенем в лучах догоравшего заката. Возле своей ноги она почувствовала какое-то шевеление и, взглянув вниз, увидела, что прямо под ногами ползает небольшая мышь. Дели не боялась мышей, но сейчас вдруг ее охватило такое чувство омерзения и ужаса, что она, сама того на желая, завизжала и запрыгнула в кресло с ногами. Через некоторое время прибежал Максимилиан с маленькой бутылочкой в руке и двумя небольшими бокалами.

— Мышь, здесь мышь, прости, он она чуть не прыгнула на меня, я тебя испугала? — говорила Дели.

Максимилиан, поставив бокалы на стол, подошел к ней и, обняв, снял с кресла.

— Я не знал, что ты боишься.

— О, Макс, она чуть не прыгнула мне на колени. Откуда здесь мыши?

— Дорогая, спроси что полегче. Хочешь что-нибудь выпить?

— С удовольствием, — ответила Дели и стала думать: что бы это значило — маленькая глупая мышь возле ее ног, какую бы примету в этом нашла тетя Эстер?

— Может быть, мартини или бренди? — спросил Максимилиан.

— Пожалуй, кофе, но я сама приготовлю. Видимо, у вас нет прислуги, верно? И вы вдвоем понемногу спиваетесь, в камине столько бутылок…

— Ошибаешься, этим бутылкам миллион лет, как говорит Берт; они остались после какого-то банкета, а мне нельзя ничего спиртного, кроме этой вот отравы. — И он потряс в воздухе бутылочкой микстуры, затем вынул пробку и налил себе половину бокала.

— Уговорил, можно капельку бренди, — сказала Дели.

Максимилиан подошел к небольшому Атласу из гипса, склонившемуся под тяжестью земного шара на плечах в углу комнаты, и, открыв дверцы на земном шаре, достал из него бутылку бренди и налил Дели полбокала. Она удивилась столь неожиданному использованию скульптуры, но ничего не сказала.

Максимилиан поднял свой бокал с микстурой и сказал:

— За тебя! За нас.

Дели тоже подняла свой бокал и ответила улыбнувшись:

— За твое выздоровление.

Максимилиан залпом осушил микстуру и поморщился:

— Теперь я абсолютно здоров, ведь ты здесь…

Дели отпила немного бренди и, поставив бокал на стол, ответила:

— Да, здесь, как видишь, но я не хочу в Лондон, прости, я никуда не поеду…

— И прекрасно! Разве тебя кто-нибудь заставляет? Так почему ты так исчезла? Я до сих пор не нахожу объяснения.

— Я тоже, Макс, — вздохнула Дели. — Мне постоянно казалось, что наша встреча должна кончиться плохо, и видишь — вот ты заболел, и в этом я, видимо, виновата…

— Конечно. Но ты со мной — и я выздоровел! — улыбнулся он и нежно взял ее ладони в свои.

— Ах, ты шутишь, дорогой. Как твое строительство?

— Все идет по плану, полным ходом, оборудование уже погружено в вагоны, и оно направляется в Марри-Бридж.

— Я рада, — сказала Дели, высвобождая свою руку. — А как Берт? Как он объясняет мое исчезновение?

— Он, по-моему, даже рад был, что ты не поехала со мной в Англию. По-моему, он чуточку даже ревнует тебя ко мне.

— Глупец! — воскликнула она. — Он мне ужасно не нравится! По-моему, он очень избалован и успехом и женским вниманием.

— Может быть, но мы тут скучаем только вдвоем, лишь сиделка ко мне приходит сделать укол. Я думаю, он будет тоже рад тебя видеть?

— Да? — Ресницы Дели вспорхнули. — А я его нет! — резко ответила она.

Солнце за окном уже село, свет в гостиной не зажигали, и она погрузилась в полутьму; розовые блики на скульптурах погасли, они бледными призраками смотрели из всех углов на Дели и Максимилиана, словно прислушивались к разговору.

— Хорошо, значит, мы с тобой переедем в отель и ты не будешь его видеть, — сказал Максимилиан.