Читаем Время вестников полностью

Поначалу Казаков не собирался искать никакую таверну, решив, что в силах справиться с заданием де Фуа в одиночку. Побродит часа два-три по гавани и причалам, глядишь, и наткнется на этих самых таинственных злоумышленников. Интересно, откуда Рено разжился сведениями о грядущих неприятностях в порту? Опять какие-то запутанные интриги мессинского двора?

Обозрев полукруглую чашу гавани с разбросанными по ней судами, Казаков изрядно утратил самоуверенности и призадумался. По приблизительным подсчетам, в Мессине скопилось не меньше полутора сотен кораблей — бо́льшая часть флота крестоносцев. Еще десятки нефов пребывали в пути, пробираясь сквозь ветры и волны из Марселя к Сицилии, неся в своих чревах воинов Креста, лошадей, припасы и золото. Какая-то часть кораблей бросила якоря вдали от берега, и между ними постоянно крейсировали небольшие лодчонки, но в большинстве своем они толпились подле доброго десятка причалов.

«Одно прямое попадание авиабомбы, и мы имеем полную гавань обломков, — рассудил Сергей и невесело хихикнул. — Что-то вы, дражайший Рено, промахнулись в своих планах. Тут целый взвод с собаками запускать надо, чтобы обшарили все подряд на предмет затаившихся террористов. Но с другой стороны… с другой стороны, кто нам недавно разливался касательно необычных талантов и прочей магии-шмагии? Нелепость, конечно, но вдруг сработает? А подать сюда нашего колдуна недоделанного!..»

«Удача» оказалась весьма приличным заведением, могущим похвастаться огражденной террасой, выходившей на набережную, и посетителями с тугими кошельками. Потребный Казакову человек, как и обещал Рено, был на месте — сидел в одиночестве в углу, откуда открывался роскошный вид на рейд, и созерцал морской простор.

«Иной, блин. — Ерничавший Сергей никак не мог отделаться от желания наградить своего знакомца именно такой характеристикой. — Темный, вне всякого сомнения. Невысокого уровня, зато с хорошими перспективами. Романтический упырь, мечта стареющих дамочек и восторженных девиц. Потомственный черный маг в десятом поколении, навсегда приворожит, следите за рекламой!»

Словно расслышав нелестное мнение Казакова о собственной особе, «романтический упырь» уделил короткий взгляд текущему мимо людскому столпотворению. Сергей не удержался и вздрогнул, когда пара ярких черных глаз безошибочно отыскала его среди толпы. Дурных воздействий, огненных шаров и молний с ясного неба не последовало — только еле уловимое благожелательное прикосновение, нечто вроде приглашения подойти ближе.

«Воображала чертов, — шепотом ругался Казаков, пересекая набережную и поднимаясь по каменным ступенькам таверны. — Выискал напарничка на свою голову. Вор в компании с магиком, все в лучших традициях!»

* * *

— Злоумышленники в гавани, — с легким интересом повторил Хайме де Транкавель, выслушав несколько сбивчивое повествование свалившегося ему на голову Казакова. — О которых осведомлен мессир… мессир де Фуа и более никто. А вам поручено их изловить и задержать. Вам не кажется, что ваш сюзерен немного переоценил… скажем так, ваши возможности?

Казаков попробовал вертевшийся на языке ответ, но решил промолчать. Устраивать перепалку с Хайме не хотелось, к тому же уровень познаний Казакова в норманно-французском наречии не позволял пикироваться на равных с местными уроженцами. Поэтому он состроил удрученную физиономию и развел руками — мол, а что я мог поделать? Приказали — исполняю.

— Звучит занимательно, — вынес приговор младший представитель лангедокского семейства, о странных привычках и традициях коего Казаков уже успел вволю наслушаться. — В конце концов, почему бы нам и не прогуляться по гавани? Вдруг повезет?

Он рассеянным жестом бросил на столешницу тяжелую серебряную монету и направился к выходу с террасы, даже не удосужившись посмотреть, следует ли за ним Казаков. Незваному гостю из будущего осталось только в очередной раз скрипнуть зубами. В отличие от простоватого Мишеля де Фармера, Хайме полагал все существующее человечество ниже себя. Его мнение было отчасти обоснованным — а как еще должен относиться к миру отпрыск фамилии, исчисляющей свою родословную столетиями, и совершенно незаслуженно получивший от природы целый мешок всяческих достоинств, умений и способностей?

Казаков подобной точки зрения не разделял и всерьез раздумывал над вопросом: а как поведет себя высокомерный мальчишка-южанин, ежели дать ему небольшого пинка под зад? Исключительно в целях борьбы с грехом зазнайства?