Читаем Время и книги полностью

Что способствовало перерождению человека, написавшего «Тайпи» и «Ому», в того, кто создал «Моби Дика» и «Пьера», а чуть перевалив за тридцать, вконец исписался? «Ому» мне кажется более интересной книгой. Это откровенный рассказ Мелвилла о том, что он пережил на острове Эймео, и в целом является правдой; с другой стороны, «Тайпи» – сочетание правды и вымысла. По словам Чарлза Робертса Андерсона, на острове Никахива Мелвилл провел только один месяц, а не четыре, как он утверждает, и его приключения на пути к долине Тайпи были далеко не такими уж необыкновенными; предположительное пристрастие туземцев к людоедству также не таило столько опасностей, от которых он бежал, да и сам побег в его изображении совершенно неправдоподобен: «… вся сцена освобождения романтически-нереальна и написана явно второпях, с одной целью – представить персонажа героем вопреки логике и драматическому изяществу». Не будем судить за это Мелвилла; нам известно, сколько раз ему приходилось рассказывать о своих приключениях нетерпеливым слушателям, и каждый знает, как трудно сопротивляться искушению немного приукрасить историю, сделать ее всякий раз более захватывающей. Думается, он испытал смущение, когда решил перенести эту историю на бумагу, чтобы передать не такие уж захватывающие события, которые в его бесконечных рассказах обрастали романтическими подробностями. На самом деле «Тайпи» – компиляция фактов, найденных Мелвиллом в книгах о путешествиях того времени, в сочетании с яркой версией его собственных приключений. Дотошный мистер Андерсон показал, что иногда писатель не только повторяет ошибки, допущенные в этих книгах, но в некоторых случаях точно воспроизводит слова автора. Думаю, как раз это и создает некоторую тяжеловесность изложения, которую видит читатель. Тем не менее «Тайпи» и «Ому» написаны хорошим, идиоматичным языком того времени. Впрочем, Мелвилл предпочитал слова книжные, а не обыденные; так, например, он называет «дом» «зданием»; хижина не стоит «рядом» с другой и даже не расположена «по соседству», а находится «в окрестностях»; он склонен быть «утомленным», а не «уставшим», как остальные люди; и «демонстрирует», а не «показывает» чувства.

Однако облик автора ясно вырисовывается из книг, и не нужно обладать богатым воображением, чтобы представить крепкого, смелого, решительного молодого человека, жизнерадостного, остроумного, не рвущегося работать, но и не лентяя; веселого, привлекательного, дружелюбного и беспечного. Его очаровала красота полинезийских девушек, как очаровала бы она любого молодого человека его возраста, и было бы странно, если бы он отказался от знаков внимания, которые они охотно ему дарили. Если и было что-то необычное в нем, так это пылкое восхищение красотой окружающего мира, к которой юнцы обычно равнодушны; он вносит особую экзальтацию в восторженные описания моря, и неба, и зеленых гор. Возможно, единственное, что существенно отличало его от обычного двадцатитрехлетнего матроса, это склонность к размышлению и осознание этого. «У меня созерцательный ум, – писал он позднее, – и в море я часто по ночам залезал на мачту, устраивался на верхней рее, подкладывал под себя бушлат и отдавался раздумьям».

Как объяснить превращение явно нормального молодого человека в отчаянного пессимиста, написавшего «Пьера»? Как мог обычный, ничем не примечательный автор «Тайпи» вдруг стать наделенным мрачным воображением, мощным, вдохновенным и красноречивым создателем «Моби Дика»? В наш век сексуального просвещения, чтобы объяснить непонятные вещи, мы ищем причины сексуального характера.

«Тайпи» и «Ому» созданы до женитьбы Мелвилла на Элизабет Шоу. В первый год супружества он написал «Марди». Это сочинение вначале продолжает рассказ о его морских приключениях, но затем принимает фантастический характер. На мой взгляд, это скучное и утомительное повествование. Я не могу определить его тему лучше, чем это сделал Раймонд Уивер: «Марди» – это поиск полного, абсолютного обладания той божественной и мистической радостью, какую испытал Мелвилл в период жениховства; радостью, какую он чувствовал в мучительной любви к матери; радостью, которая ослепила его в любви к Элизабет Шоу… И «Марди» – странствие за утраченным волшебством, поиск Иллы, девушки из Орулии, Острова Наслаждения. Ее ищут в цивилизованном мире, и хотя персонажи романа находят возможность обсудить международную политику и множество других тем, но Иллу они так и не находят».