Читаем Время и Деньги полностью

«Голодные Сороковые», так называлась эта депрессия, которая не кончалась до открытия золотых месторождений и золотой лихорадки 1849 года. Золотая лихорадка это природная версия инфляции. Без некоторой инфляции или новых источников денег или золота растущее население не имеет достаточно валюты, чтобы управлять своей экономикой. Растущее население и растущая экономика должны иметь растущую денежную массу в обращении, чтобы держать уровень цен и ассигновать дальнейший рост. Проблема в том, где ее взять. В предыдущих главах мы выяснили, что основы богатства это материальные товары и обилие земли. США конечно имеют сырье, на котором можно создать капитал для дальнейшего индустриального роста. Тогда капиталистическая система не была полностью развита. Акции, участие в будущей продуктивности, это лучший, если не единственный путь финансировать рост, поскольку подъем всегда связан с продуктивностью и инвестор никогда не требует денег обратно у компании. Подобно золоту, акционерный долг никогда не отправляется обратно в землю.

Быстрый рост, финансированный государственным долгом и частным долгом, который должен быть возвращен, это деньги, созданные раньше любой продуктивности, которые должны быть оплачены на пике продуктивности. Так 1920-е годы, подобно 1980-м, занимали деньги у будущего, чтобы создать финансовые «пузыри», которые не могли быть подкреплены.

Если вы берете ваши прибыли до того, как произвели, у вас нет прибылей, когда вы произвели, и нет фондов, чтобы финансировать будущую продукцию, за исключением постоянного влезания в долги.

Что важно в отношении 1840-х годов и золотой лихорадки, это то, что новое золото также создавало инфляцию, если инфляция определяется как стремительный рост цен через край. Город с золотой лихорадкой имеет то же неистовство и инфляцию, как любая экономика, испытавшая внезапное или большое увеличение ее торгового средства. Если новые доллары вводятся в экономику, цены растут. Если новое золото или новые морские раковины, или кости вносятся как добыча в племенной войне в экономику, вы тратите больше на то, что вы хотите. Стоит золоту проникнуть в экономику, и оно никогда ее не покинет. Стоит стоимости, созданной акционерными сертификатами, войти в экономику, и она никогда не выйдет. Стоит деньгам, порожденным федеральным долгом, войти в экономику, они не должны никогда выходить. Когда это происходит, гарантирована депрессия.

Депрессия, как мы знаем, это на самом деле дефляция. Если экономическое регулирование связано с дефляцией, цены будут падать через край, и каждый будет получать меньше и нуждаться в меньшем, чтобы приобрести вещи, которые теперь стоят меньше. Хотя регулирование является трудным на пути вниз, это только реверс подъема. Подъемом легче управлять. Вверх всегда выглядит лучше, чем вниз.

Корпорация имеет время задержки между приобретением сырья, выплатой заработной платы и поступлением с продажи. Если она собирается делать прибыль, то должна иметь продажную цену выше, чем затраты. Инфляция гарантирует, что бухгалтерские книги всегда будут выглядеть хорошо.

Рабочий, получающий заработную плату, с другой стороны, должен платить более высокие цены до того, как получит повышение жалования.

В дефляционной экономике компания покупает товары, платит высокую зарплату, а продает ниже. При дефляционном времени задержки более низкие затраты переходят в еще более

низкие продажные цены. Многие компании выходят из бизнеса. Рабочие теряют работу или вынуждены соглашаться на более низкую зарплату. Таким образом инфляция гораздо более удобна для экономики как целого, чем дефляция.

Очевидно, что одной из основных причин депрессии 1930-х годов было извлечение денег из экономики правительством США. Это было не единственной причиной. Спекуляция и маржинальная покупка создали тонны иллюзорных денег. Международные неуплаты по займам и банкротства банков сократили денежную массу в обращении, а пошлины «убили» нашу международную торговлю, типичные последствия Плутона.

На чисто техническом уровне представляется, что 10-разовая кратность это точка, где приток должен остановиться для передышки, так как она совпадает с естественными поворотными точками экономического движения, которые станут гораздо более очевидными в главе о циклах. Умножение инфляции