Читаем Возвращение в Белоземицу полностью

Я пью вино всего третий раз в жизни и сейчас мне действительно нравится. Мы потягиваем его точно горячий чай, маленькими глотками, смотрим друг на друга и повисшая в комнате тишина не мешает, а наоборот, сближает нас. А может мне это лишь кажется, выдаю желаемое за действительное, как любила говорить моя прошлая девушка. Сам не замечаю, как выпиваю пол кружки. Становится хорошо и легко, а Яна становится такой близкой, что сейчас я бы мог её поцеловать. Трясу головой, чтобы отогнать эту мысль.

– Ты чего? – сразу спрашивает она.

– Ветер из головы выгоняю.

Она удивлённо приподнимает брови, протягивает свою посуду.

– Налей ещё немного.

Я вижу, что в кружке ещё плещется вино, но послушно беру бутылку и доливаю ей и себе. Затем, вспомнив кое-что, вскакиваю со стула.

– Яна, я совсем забыл!

Иду к своей ветровке, висящей у двери, и достаю из кармана плитку молочного шоколада, почти целую. Мы разламываем его на дольки и Яна тут же отправляет одну себе в рот.

– Вкусно.

Она поворачивается ко мне, выставляет ноги из-за стола. Забывшись, откидывается на спинку стула, но тут же морщится, садится как прежде: прямая и ровная.

– Совсем забыла, – девушка опять морщится. – Я ведь не просто так пришла.

– Да?

– Мне нужна твоя помощь. – Она мнётся, словно стесняясь.

Что-ж такое ей от меня нужно? Сижу в ожидании продолжения, но Яна молчит, и я не выдерживаю первым:

– Что ты хотела?

– Ну… Помнишь, я сегодня заснула и сильно обгорела… Намажь меня пожалуйста сметаной? – Она ждёт, крутит в левой руке мою кружку, внимательно её изучает, а правой рукой теребит край футболки, отчего длинную и стройную ножку становится видно ещё лучше. – Если тебе конечно не сложно.

Чувствую, что срочно нужно промочить горло. Теперь понимаю это выражение. Делаю глоток и не ощущаю вкуса. Опускаю глаза, киваю.

– Конечно, Ян, намажу.

Большего сказать не получается, потому что футболка, которую девушка продолжает теребить, задирается сильнее и показывается край её трусиков. Там, возле её дома, я был слишком ошеломлён что бы их разглядеть, сейчас же вижу, что они белые, и на них нарисованы кружочки разных цветов. Вот из-под края футболки показывается синяя горошина. Вот красная и жёлтая... А ещё, я вижу как плотно эти трусики сидят на ней, потому что там, где ножки сходятся, угадывается силуэт...

Отворачиваюсь, бросаю искоса взгляд на девушку. Кажется, она ничего не заметила. В горле стоит ком, а в трусах жарко и тесно. Спасибо, что шорты просторные, будь я в облегающих – сейчас вообще не знал бы что делать. Но боюсь, что она заметит, несмотря на то, что я прикрыл своё возбуждение футболкой.

– Ну давай тогда за тебя, – она поднимает кружку.

– За тебя, – отвечаю ей.

Мы чокаемся и Яна выпивает вино залпом. Следую её примеру, надеясь, что терпкий вкус отвлечёт, но возбуждение не проходит. Девушка встаёт и идёт к холодильнику. Я смотрю на неё, такую стройную и красивую, замечаю, как при ходьбе футболка облегает её попу и возбуждаюсь ещё сильнее. Неужели, это вино так действует?

Она возвращается, вручает мне пакет со сметаной и спрашивает:

– Здесь намажешь, или в комнату перейдём?

– Всё равно, – слышу собственный голос точно со стороны, сейчас он кажется мне чужим. – Давай здесь.

Она отворачивается и снимает футболку, убирает волосы вперёд. Встаёт передо мной, и я вижу какая красная у неё спина и ноги. Спереди кожа более бледная, видимо так и спала всё время на животе.

– Волдырей не видно?

– Кажется нет.

Встаю, поправляю свою одежду. Главное, чтобы Яна не подалась назад, будет очень неловко. Выдавливаю холодную сметану на ладонь и начинаю осторожно наносить её на шею и спину.

– Расстегни пожалуйста, – просит девушка.

Чувствуя дрожь своих пальцев, расстёгиваю застёжку. Яна прикрывается спереди футболкой, скидывает лямки бюстгальтера и сжимает его в руках. Успеваю заметить знакомые горошинки на чашечках. Кажется, это называется «комплект».

Провожу ладонями по спине, добавляю ещё сметаны, сбегаю вниз и останавливаюсь, лишь достигнув границы трусиков.

– Как хорошо, – шепчет девушка. – У тебя такие холодные руки…

– Это сметана, – тоже тихо отвечаю я ей и зачем-то поясняю: – она же из холодильника.

Яна смеётся, потом более низким, грудным голосом спрашивает:

– Ты уже всё?

– Почему-то в её словах чудится некий подтекст, я пробегаю ладонями по её предплечьям, и так и не решившись приступить к ягодицам, соглашаюсь:

– Да, уже всё.

– Можешь не заходить пока в комнату? – Она кажется немного разочарована. – Я намажу остальное.

– Конечно.

Сажусь и смотрю, как она уходит в зал, затем тихонько выдыхаю сквозь зубы. Наливаю немного вина и сразу выпиваю его. Что это было? Она что, флиртует со мной? Или просто играет? Но зачем?

– Всё, намазалась, – сообщает наконец Яна. – А что делать дальше не знаю, надо что бы сметана впиталась, я даже одеться не могу.

Представляю себе её, стоящую там голой. Ведь наверняка, попу тоже мазала, вон она, какая у неё красная была. Красная, и такая потрясающая! Обалдеть, у меня в доме голая девушка!

И тут Яна завизжала. Вскочив, я бросился к ней, едва не сбил на пороге комнаты.

– Мышь! Здесь мышь!