Мое возвращение на Землю длилось очень долго. К тому времени у меня основательно подсели аккумуляторы, и я опасался, что не смогу самостоятельно сбежать с корабля. Дело в том, что этим кораблем управлял другой капитан, и я не решился показаться ему на глаза. Тогда-то я и понял, что все люди очень разные, и если ты хочешь нормально жить, надо научиться отличать хороших от плохих. Я понял, что в руках у проходимца ты и сам становишься скверным, а рядом с порядочным человеком ты обязательно будешь стараться выглядеть таким же. В конце концов, мне все же повезло, и я нашел своего хорошего человека — Алексей Александрович выкупил меня у Майкла Злопыхина", — закончил Цицерон и тут же добавил: — Но это не конец истории, потому что с Алексеем Александровичем мы облетали много планет. Только об этом в следующий раз.

Глава 11

В этот знаменательный воскресный день, как на заказ, небо совершенно очистилось от туч, и над Игнатьево снова заблистало мягкое августовское солнышко. В сторону юга по небу потянулись огромные стаи перелетных птиц. Они улетали в теплые края и на прощание громко кричали на своем птичьем языке: "до следующего лета".

С самого утра в Игнатьево играла музыка, петухи кукарекали торжественно, словно горнисты, коровы мычали по-праздничному душевно, а собаки стояли у своих будок и весело виляли хвостами всем проходящим.

На деревню было любо-дорого посмотреть. Дорожки сияли чистотой, кругом были развешены разноцветные фонарики, флажки и гирлянды. На каждой калитке висело по табличке: "Приглашаем на пироги", и возле каждого дома обязательно стоял стол с кипящим самоваром и вазами с вареньем. Но до настоящего гулянья было ещё далеко, поэтому пирогами и вареньем лакомился только огромный рыжий детина в рваной майке и с перевязанной головой. У каждого дома он останавливался, съедал по паре пирогов, запивал чаем и шел дальше. И везде ему улыбались, говорили всякие приятные вещи и уговаривали съесть ещё пирожок и выпить чашку чая.

Да вон вас сколько, а я один, — добродушно отвечал рыжий здоровяк. Надо же успеть всех уважить.

Настроение у всех было самое что ни на есть карнавальное. Отправляясь в магазин, старушки с авоськами прямо от калиток пускались в пляс. Все работы в садах и огородах были отложены, и только Николай Бабкин со своей кошкой Ксюшей, как всегда, стоял на берегу с удочкой в руке и ловил рыбу. Сегодня Николаю невероятно везло. Клев был таким, что Бабкин не успевал забрасывать удочку. Ерши ему попадались невиданные, величиной с ладонь, плотва — в две ладони, а лещ сел на крючок такой, что Николай целый час не мог вытянуть его на берег. Когда же, наконец, он подтащил чудо-рыбину к мостику, Бабкин подскользнулся и нечаянно опрокинул ведро с рыбой. Весь улов выплеснулся в реку, Николай бросился поднимать ведро и уронил удочку. В результате лещ от него ушел, а сам рыбачок упал в воду.

— Ну вот, — выбираясь на берег, обиженно проговорил Бабкин. — То не клюет, не клюет, а то хоть из дома не выходи.

А часам к двенадцати в Игнатьево начали съезжаться гости из соседних деревень. Машин было так много, что опоздавшие не могли подъехать к деревне и оставляли свои автомобили за соседним лесом. Прибывшие выходили из машин уже в маскарадных костюмах и приплясывая, с песнями направлялись к центру Игнатьева, где и должен был состояться праздничный концерт.

Праздник открыл председатель сельсовета Степан Николаевич. Он влез на сцену, пощелкал пальцем по микрофону и обратился ко всем со следующими словами:

— Народ Игнатьево! — весело закричал он. — Доставай из сундуков да комодов маскарадные костюмы! Вылезай из своих комфортабельных двухэтажных нор под ясно солнышко! Пришло время веселиться! Сегодня у нас особый день, который случается только раз в году — проводы лета! Сегодня не должно быть скучных и печальных, мрачных и озабоченных! Сегодня все должны смеяться до икоты, петь до хрипоты и танцевать до упаду! Итак, праздник начинается!

И тут же ещё громче грянула музыка, в воздух полетели кепки, шляпы и панамки. Все, кто стоял на улице, закричали: "Урр-ра!", а из игнатьевских домов к берегу пошли разодетые и разукрашенные жители деревни.

Когда Алеша начал переодеваться в костюм пирата, в дом вошел Артур Игоревич. Хотя профессор ботаники провел на Земле более двадцати лет, он все же был мимикром, а значит ему тоже не нужен был маскарадный костюм. Артур Игоревич принял вид Алешиного папы и протянул ему руку.

— Здравствуйте, меня зовут Артур Игоревич, — улыбаясь, представился он.

— Очень рад, — ответил Алексей Александрович, с удивлением разглядывая собственный живой портрет. — Вы, мимикры, самые удивительные существа, какие я только видел во время космических экспедиций.

— Ну, естественно, — появившись в дверях гостиной, важно проговорил Фуго. — Вы ещё не знаете, на что мы способны. Сегодня на концерте я покажу настоящее представление, мимикриный цирк.