Читаем Возвращение самурая полностью

Так сказал праведник. Чем ближе к Богу, тем отчетливее противоречия, и устраняются они не общественным строительством и не философическими рассуждениями, а только Любовью и Славой Божией. И чем больше этого Света, который отражается в праведниках, тем резче чернеют для нас мировые трещины…

* * *

Они помолчали. Дионисий подбавил в очаг угля, сбрызнул его водой с какими-то благовониями, снял нагар с фитиля светильника. Василий потерял всяческое представление о времени: он не знал, тьма ли за стенами хижины или уже занимается утро. Может быть, уже целую вечность длится эта бесконечная ночь и Василию померещилось, что он может выйти из этой хижины таким же, как отшельник, стариком.

– Что же вы делаете здесь в горах, отче? – прервал молчание Василий, чтобы немного успокоиться от накала их предыдущей беседы. – Спасаетесь от греховного мира и пробуете жить по Божьим Заповедям? Так Он ведь заповедовал так жить среди людей.

– Э, нет! – тоже уже своим обычным тоном ответил отшельник. – Я здесь живу маяком и стражем на пути тех, кто еще будет идти тайными путями в Общину.

– А вы думаете, еще остались люди, которые знают эти тайные пути? – усомнился Василий.

– Будут еще долго те, кто будет искать эти пути. Вот и сейчас, в это самое время, идет со стороны Гималаев русская экспедиция в Тибет.

– Дойдет? – взволнованно спросил Василий.

– Как решат Учителя, – уклончиво ответил Дионисий.

– Ну хорошо, но ведь не бессмертны же вы, – сорвалось у Василия.

– Тогда здесь будет другой, – Дионисий весело осмотрел его с ног до головы. – Может быть, ты? Да нет, не надо тебе ни сюда, ни в Общину. У тебя другое предназначение.

– Вы уже второй раз говорите об этом моем предназначении так, как будто оно вам известно. Откуда? Разве вы как-то сносились с владыкой Николаем при его жизни?

– Я не буду пугать тебя рассказами об астральной связи, скажу, как было: да, я единожды писал ему незадолго до его кончины. И он мне ответил письмом.

«Что же было в том письме обо мне?!» – хотелось спросить Василию, но он понимал, что нельзя было задавать такого прямого вопроса. Умные, всеведущие глаза святителя вспомнились ему. Чего же он тогда, отрок, не сумел понять в этом испытующем взгляде?

* * *

– Владыка Николай считал, что духовное и физическое совершенствование человека согласны между собой, – помолчав, сказал Дионисий. – Человек – создание из плоти и крови, и только духовное или только физическое совершенство в любом случае неполноценны. Человек задуман по подобию Творца – прекрасным, гармоничным созданием. Можно начинать идти к совершенству с любого конца пути – важно только помнить конечную цель и не забывать о второй половине работы над собой. Твой духовный наставник считал, что для благоденствия России нужны люди умные, высоконравственные в христианском понимании этого слова, и сильные, красивые физически. Россия всегда была богата пророками, но, как и везде, получалось так, что «нет пророка в своем Отечестве»: люди в штыки принимают каждое новое Слово. Всегда найдется тот, кто крикнет: «Распни Его!» Да и не нужно выдумывать это новое Слово – донести бы до спящих душ то, что уже заповедано Господом нашим.

Преосвященный Николай видел: можно идти не только испробованным путем пророков, святых духовных вождей народа, а и другим путем – тем, каким шел твой второй учитель, основатель Кодокана. Путем идти тем же, а Слово нести иное – православной церковью воспринятое и хранимое. Я в блужданиях своих не знаю, прав ли владыка, но признаюсь, что он видел дальше и выше меня. Тебе предстоит первому торить этот путь для юношей нашего народа – и да будет бесстрашен твой взгляд вперед. Ты это сможешь – начать. А дадут ли тебе продолжить… Это для меня сокрыто. Но в любом случае – это тоже путь тяжкий, крестный.

Преосвященный Николай назвал тебя в письме одним из тех учеников, на кого он возлагает в будущем большие надежды. Это радость, но это и бремя. Не согнись под ним. Помни, недаром же тебя готовили-растили сильным и физически, и духовно.

* * *

– А второй путь, тот, что через Книгу? – после раздумья медленно спросил Василий. – Он иной?

– Я не могу раскрыть тебе древнее Знание: права не дано, да и сам не посвящен в него. Могу только в общем обрисовать суть дела, а внятно ли получится…

Дионисий пожал плечами.

– Видишь ли, Учителя исходят из того, что есть Единый Великий Мировой Разум, проявленный по-разному во всем: в луне и солнце, в травах и деревьях, во всяком человеке и всяком животном. И человек не должен отделяться от Вселенной, должен осознавать себя ее частью, единицей. Есть Единая Мировая Душа, что живет во всех живых и неживых формах Земли. Только этой Душе и надо поклоняться во всем, что встречаешь на жизненном пути. Правда, подчеркивается, что поклонение должно быть действенным: это не молитвы, а труд на благо всех, и труд этот должен приниматься как радость, с благодарностью за способность делать людям Добро.