Читаем Возвращение на Арвиндж полностью

Стреляли духи плотно. Не успел он высунуться из-за камня и сделать выстрел, как над головой с воем понеслись пули, хлестко защелкали в камнях за спиной. Он высунулся еще раз, поймал в прицел фигуру на противоположном склоне, нажал на курок и тут же, не глядя на результат, перекатился за соседний валун. Несколько пуль выбили каменные крошки из камня, фыркнул рикошет. Андрей попробовал стрелять короткими очередями, но толку от этого не прибавилось. На таком расстоянии было немыслимо попасть в мелькающие фигурки. И все же он стрелял, каждый раз перемещаясь за новый камень, то удаляясь от Павленка, то снова возвращаясь к нему. Раз, взглянув на Мишаню, Андрей увидел, что тот, спрятав голову, выставил над камнем ствол автомата и палит куда-то очередью. В другой раз он просто сидел, скрючившись за большим валуном. Но все это было уже не важно, не было времени пинать бойца, потому что хлопки выстрелов слышались уже откуда-то снизу, из-под его позиции, совсем близко. Андрей выглянул из-за камня. Склон был виден лишь метров на десять. Голый пологий склон с редкими небольшими валунами, как стол с раскатившейся горстью гороха. А там, внизу, за кромкой, что-то происходило. И он уже догадывался что. И поэтому нужно было решаться. Тогда, переменив очередной магазин в автомате, он пополз вперед. Быстро, от камня к камню, уже не обращая внимания за свист пуль и треск выстрелов, наметив камень покрупнее на самом краю и неуклонно стремясь только к нему. Наконец дополз, изготовился и, выглянув из-за камня, посмотрел вниз…

Под ним было нагромождение валунов, и среди них, по пояс над камнем, возвышалась фигура. Человек стоял метрах в тридцати – сорока, вполоборота к Андрею, и поднимал автомат, направляя ствол на скалу, где, совершенно открытый с этого фланга, лежал и палил по горам один из дембелей. Так близко Андрею еще не доводилось видеть духов, и он какое-то мгновение, пока привычно брал прицел, с удивлением рассматривал этого бородатого, довольно молодого еще человека в белой чалме, свободной, широкой по местной моде, синей рубахе и короткой кожаной куртке. Оскаленное, улыбающееся лицо с задранной вверх бородой, было повернуто к скале, голова уже ложилась на приклад автомата. Мгновенно взвесив варианты грудь-голова, Андрей выбрал голову. Стрелять было проще, чем в тире, из положения лежа, с удобным упором для ствола, с тридцати метров, в неподвижно стоящего человека. Андрей нажал на спуск. Духа отбросило в сторону. И тут же из-за камня выскочил другой, в какой-то непонятной зеленой форме, перетянутый ремнями и с военной кепкой на голове. Он явно не понял, откуда стреляли в его товарища, и вертел головой в разные стороны. Андрей выстрелил. Показался еще один, потом еще и еще. Андрей стрелял и стрелял. Они появлялись, словно в какой-то игре, то здесь, то там, кричали что-то на своей тарабарщине, крутили головами, снова ныряли за камни. Андрей быстро перемещал ствол и нажимал на крючок. Он не видел, падает мишень или нет, потому что на это просто не хватало времени. Если бы его сейчас убили, он, наверное, и не почувствовал бы этого, продолжая нажимать на спуск. Андрея уже не было здесь, от него остался только ствол автомата, прорезь прицела да палец правой руки на курке. И всего одна мысль металась и билась, как в клетке, в пустой голове: «Еще одного! Еще, еще… Покажите мне еще одного!» В какой-то момент мелькнула, правда, мысль о гранатах, но он вспомнил, что гранаты так и остались у Тохи. Да и черт с ними, с гранатами. Духи изредка мелькали за камнями уже далеко от него, оставив попытку взойти на их вершину и уходя к своему склону.

И тут заклинило автомат. Спрятавшись за камень, он дрожащими от возбуждения руками быстро разобрал оружие, оторвав карман от бронежилета, почистил им затвор, газоотводную трубку и ствол, снова собрал автомат и приготовился к стрельбе. Но все уже стихло, и духов больше не было видно. Тогда он повернулся и пополз от края к своей основной позиции. Несколько пуль шлепнули в камни неподалеку, но ему было уже все равно.

Павленок сидел все за тем же камнем, невидящими глазами уставившись на Андрея. Интересно, что он делал все это время? И вообще, сколько времени прошло? Воды бы сейчас попить. После страшной гонки, когда время сжалось в комок, как река в теснине, мысли теперь потекли вяло – река выкатилась на равнину, широко разлилась и успокоилась.

– Слышь, Мишаня. Вода есть? – проговорил Андрей.

Павленок очнулся, вопросительно глянул на него, подумал и помотал головой.

– Найди мой мешок, посмотри, там фляга должна быть. Попьем с тобой водички, – едва выдавил из себя несколько слов Андрей.