– Это наилучшим образом объяснит старина Вильгельм, больше известный как Завоеватель. Нормандия – страна свирепых баронов, любящих охотится на диких вепрей. Традиционные морские пути со времен Брендана и Лейфа Эрикссона уже изучены, вы отправитесь новыми дорогами в истинно мессианское путешествие.

– Нечто подобное в последствие совершали рыцари Монсегюра, – заметил Тристан.

– Иосиф Аримафейский уже привез всё необходимое. Через Стикс только с кентавром Хароном, – подтвердил Мерлин. Главное, чтобы не помешал бриз и морской епископ, когда будете перебираться через Понт Эвксинский, – сказал он как-то неудачно и в рифму. – Лорд Джадд – препятствие пострашнее иного дементора. Плыть будем на корабле аргонавтов. Если будет штиль, мы ударим веслами.

1.2. Навстречу Галахаду

Путешествие Иосифа Аримафейского в Авалон

– Понтифик уже распустил понты, – заметил Парсифаль, – мене-текел-фарес. Гаспар, Мельхиор и Балтазар.

– Меня больше устраивает другой лозунг, – сказал Тристан. – «Пришел-увидел-победил». Революции зачинаются маргиналами, а заканчиваются понтификами.

– Я чувствую холод в груди, как какой-нибудь замшелый мормон накануне Дня всех Святых, – заявил Ланселот.

Позади крутой поворот, позади обманчивый лед… И вот уже Иван Калита на державном белом коне поднимает красный триколор. Воистину нет пророка в своем отечестве. Сонм небесный ангелов вознёсся над Красной площадью и Красным крыльцом, и сидящие пророки российские и святые возвопили на приступке Лобного места.

– Друг мой Эуригена, не говори красиво, – внезапно произнёс Мерлин куда-то в пустоту. – Das sign und Zeit. Das sign und night, Drang nach Osten. Das man.

Привет путешественникам в ночи! А вот и Чериш – всплывает русалочка. Все, недолго думая, подошли к окну, за которым зажегся фаворский свет.

Между тем, с небес спустился то ли Атман, то ли Брахман, в общем —полный аватар, – пел неизвестный поэт, в прошлом лидер этнических джеддаев.

Так начиналась история путешествий наших героев во времени. А тем временем в Хоггвардс. Хоггвардс, 10.30 утра…

Бой с тенью. Кадавр против Циклопа

Неприметный мальчик Ветч сидел и думал, как бы стать Гарри Поттером. Внизу болтались жуткие стражники дементоры, уже не отбрасывая тени. Внезапно налетел ветерок, и ему почудилось нечто. Тень скрылась от Ветча.

– Ты моя тень, мой домен, – повторял Ветч.

В стране Земноморья не было принято говорить об этом. Язон и Мегги занимались турнирным айкидо для головастиков. Тут раздался голос Мерлина:       – Пролонгация твоей воли заканчивается, приготовься, дружище, к ментальному протезированию!

Ветч начал засыпать…

– Ты Мерлин или Гендольф? – спросил мальчик.

– Не всё ли равно, – ответил Мерлин. – Главное, что я твой ангел-хранитель и сопровождающий по приключениям.

Сюжет Моби Дика в минуту откровений, или сказка, рассказанная ночью

Моби Дик появился внезапно и стал дуть в глаза мальчику.

– Кто ты, Оле Лукойе или Питер Пен? – спросил тот.

– Нет. Я – Солнечный ветер, и сегодня не будет Тени.

В витражах рыцарского зала заиграло Солнце. Вошли Артур, Ланселот, Галахад и Тристан, а за окном медленно вырастало древо – Джошуа tree. Рыцари короля Артура, стоя перед чашей Грааля, выбирали только мужество, но Иосиф Аримафейский, как пифийский оракул, неслучайно заложил в вазу секрет, и любые желания сбывались.

Хост Бастерс – Вий и охотники за приведениями. Моби Дик оказался в роли компьютерного писателя, пишущего о внеземных цивилизациях и палеоконтактах…

«Хостинг переполнен, начинаем слив спама», – раздался голос Дельфийского Оракула. Появился Гоузер, а Молох внезапно начал перемалывать камни.

Несколько штрихов из жизни Тристана и Галахада

Итак, молодость героя. Мысли Поиск и страдания. Как сказал однажды Достоевский молодому Мережковскому: «Чтобы хорошо писать, батенька, надо страдать…».

Подобно Аристофану, он промышлял ловлей рыб в садках Парнаса, любил Бокаччо и соблазнял юных валькирий фривольными стихами…

Продолжим. Некий компьютерный писатель сидел и думал, что бы такое написать. Однажды, в одну тёмную-тёмную ночь в тёмную-тёмную комнату вошел Стивен Кинг и взял чёрную-пречёрную книгу. В заголовке было написано «Вий. Автор Николай Васильевич Гоголь». Наверное, он Газар – тёмный человек, – подумал Кинг.

– Где та Кэтрин Зета Джонс, которая могла бы сыграть панночку? – мечтательно произнес Кинг, – попадаются одни Лулу – ангелы цветов и созвездий.

Так что же дальше у наших рыцарей?