Читаем Возрождение полностью

Он поручил эту задачу человеку с горячей верой испанца, энергией Доминика и рыцарством кастильского гранда. Хиль Альварес Каррильо де Альборноз был солдатом при Альфонсо XI Кастильском и не оставил войну, став архиепископом Толедо; теперь, став кардиналом Эгидио д'Альборнозом, он стал блестящим полководцем. Он убедил Флорентийскую республику, которая боялась деспотов и разбойников, окружавших ее, выделить ему средства на организацию армии. Умелыми и благородными переговорами, а не силой, он сверг одного за другим мелких тиранов, захвативших папские государства. Он дал этим государствам «Эгидианские конституции» (1357), которые оставались их основным законом вплоть до XIX века и обеспечивали приемлемый компромисс между самоуправлением и верностью папству. Он перехитрил знаменитого английского авантюриста Джона Хоквуда, взял его в плен и вселил в кондотьеров страх если не перед Богом, то хотя бы перед папским легатом. Он отвоевал Болонью у мятежного архиепископа и убедил миланских Висконти заключить мир с церковью. Теперь путь для возвращения папы в Италию был открыт.

Урбан V продолжил аскетизм и реформы Иннокентия VI. Он старался восстановить дисциплину и честность среди духовенства и при папском дворе, сдерживал роскошь среди кардиналов, пресекал сутяжничество юристов и поборы ростовщиков, наказывал симонию и привлекал на службу людей с выдающимся характером и умом. Он содержал за свой счет тысячу студентов в университетах, основал новый колледж в Монпелье и поддерживал многих ученых. В довершение своего понтификата он решил вернуть папство в Рим. Кардиналы были в ужасе от такой перспективы; большинство из них имели корни и привязанности во Франции, а в Италии их ненавидели. Они умоляли его не прислушиваться к мольбам Святой Екатерины и красноречию Петрарки. Урбан указал им на хаотическое состояние Франции — ее король в плену в Англии, ее армии разбиты, англичане завоевывают южные провинции и все ближе подбираются к Авиньону; что сделает победившая Англия с папством, которое служило и финансировало Францию?

И вот 30 апреля 1367 года он отплыл из Марселя в радостном сопровождении итальянских галер. 16 октября он въехал в Рим под бурные аплодисменты населения, духовенства и аристократии; итальянские принцы держали уздечку белого мула, на котором он ехал, а Петрарка изливал свою благодарность французскому папе, который осмелился жить в Италии. Это был пустынный, хотя и счастливый Рим: обедневший от долгой разлуки с папством, половина церквей заброшена и обветшала, собор Святого Павла в руинах, собор Святого Петра грозит в любую минуту обрушиться, Латеранский дворец совсем недавно уничтожен пожаром, дворцы, соперничающие по ветхости с жилыми домами, болота там, где раньше были жилища, мусор, валяющийся неубранным на площадях и улицах.18 Урбан отдал приказ и выделил средства на восстановление папского дворца; не выдержав вида Рима, он уехал жить в Монтефиасконе, но и там воспоминания о роскошном Авиньоне и любимой Франции делали его несчастным. Петрарка слышал о его колебаниях и призывал его упорствовать; святая Бриджит Шведская предсказала, что он скоро умрет, если покинет Италию. Император Карл IV постарался укрепить его, дал императорскую санкцию на возвращение папе центральной Италии, смиренно приехал в Рим (1368), чтобы провести лошадь папы от Сант-Анджело до собора Святого Петра, прислуживал ему на мессе и был коронован им в церемонии, которая, казалось, счастливо уладила старые распри между империей и папством. Затем, 5 сентября 1370 года, возможно, уступив своим французским кардиналам и заявив, что желает заключить мир между Англией и Францией, Урбан отплыл в Марсель. 27 сентября он достиг Авиньона и там, 19 декабря, умер, одетый в одеяние монаха-бенедиктинца, лежа на жалкой кушетке и приказав впустить всех желающих, чтобы все увидели, как тщетно и кратковременно великолепие самого возвышенного человека.19