Читаем Возраст ноль (СИ) полностью

Главное, что вот и определились с кандидатурой заместителя Темного Лорда. И дементоров тоже можно подключить. Я даже зашла в магазин «РУ» проверить, не собирается ли Люпин начать педагогическую карьеру. Люпин не собирался, его и теперешняя карьера весьма устраивала.

Хогвартс-экспресс сопровождали, естественно, авроры. Меня практически трясло в ожидании дементоров, с которыми в книге все встретились еще в поезде. Как только наш старый знакомый аврор Долиш заглянул в купе, я вцепилась в его руку намертво, усадив на сидение рядом и засыпая его вопросами. Бедному аврору пришлось большую часть пути провести в одном купе вместе с учениками второго и третьего курса. Когда до окончания пути оставалось меньше часа, а я расслабилась и выпустила руку аврора, поезд стал замедлять ход, затем и вовсе остановился.

- Ну, все. Дементоры, - обреченно в полной темноте произнесла я.

Мистер Долиш с палочкой в руке осторожно выглянул за дверь.

- Оставайтесь здесь и не двигайтесь, - распорядился он, закрывая дверь и растворяясь в темном коридоре.

Двигаться ни у кого желания и не возникало. Температура воздуха значительно понизилась, а на нас навалилась какая-то безнадежность. Я слышала, как у сидящей рядом со мной девочки, кажется, это была Кассандра, стучали от страха зубы. А это еще никто в наше купе даже не пытался войти. Я чувствовала, как в конце коридора появилось нечто, чья аура воспринималась как черная дыра, мрачная и беспросветная. От аврора Долиша, аура которого из-за влияния дементора казалась очень тусклой, отделилась яркая, почему-то красная, фигура небольшой собаки. Собака набросилась на тень, упорно прогоняя ее прочь, в сторону выхода из вагона.

Через несколько минут все закончилось. Включился свет, вокруг снова появились краски и звуки. Вроде бы кто-то открывал дверь, что-то спрашивал, ребята начали говорить и двигаться. Я продолжала сидеть и смотреть прямо перед собой - мне было не выйти из состояния оцепенения. Эта темнота, которую я чувствовала в коридоре, была самым страшным из всего, что я видела в жизни. Я не боялась тени Волдеморта во время ритуала, она вызвала у меня скорее грусть и сожаление. Но эта фигура была олицетворением тоски и обреченности. Там, за ней, не было ничего: ни жизни, ни смерти, ни реинкарнации. Жуткая, вязкая, беспросветная пустота.

Меня начало отпускать только после нескольких заклинаний мистера Долиша.

- Да, Пруэтт. Теперь я знаю, что при приближении дементоров тебя следует вырубить. Что предпочитаешь: наведенный сон, «ступефай» или аккуратный удар по голове? - поинтересовался вежливый Драко. Я решила проигнорировать его вопрос.

- Аврор Долиш, а Вы научите нас выполнять заклинание патронуса? У Вас красивая собака, - я явно была не в себе.

***

Дементоры остались охранять школу. Не знаю, что подразумевалось под словом «охранять», но я поняла следующее: министр сошел с ума, а Дамблдор что-то задумал, иначе почему не возражает министру, а сидит и довольно улыбается своим мыслям.

На этот год директор нашел нам нового преподавателя ЗОТИ - экс-аврора Марту Краш. Если ее бывшего коллегу Аластора Муди окружающие считали параноиком, то о нашем преподавателе можно было сказать только одно: она была безумна. Да, ей было сто восемьдесят три года.

У мисс Краш не было искусственного глаза, как у Муди, она прекрасно справлялась и с помощью собственных. Уставившись своим безумным взглядом на ученика и выкрикивая слова вперемешку с ругательствами, она за пару минут доводила до слез или икоты старшекурсников.

Я не знаю, где и с какой целью директор находил таких колоритных личностей на эту многострадальную должность. Но мисс Краш даже для него была явным перебором. Понятно, что в данном случае это было что-то вроде позы в адрес Министерства: несмотря на проверки директор все равно мог продолжать делать в школе что угодно.

Продержалась новая преподавательница три недели, пока на занятии у седьмого курса Слизерина с Гриффиндором не стала требовать, чтобы «эти молокососы» сражались в полную силу и боевыми заклятиями. Ученики аккуратно оглушили преподавателя изученным еще на первом курсе «ступефаем» и сопроводили ее в больничное крыло, явив редкий пример взаимопонимания двух враждующих факультетов. Было у меня подозрение, что неким студентам удалось подсунуть мисс Краш с утра что-то агрессивно-возбуждающее, но братья упрямо отрицали свою причастность. Замещать выбывшего по причине здоровья преподавателя до конца года остался экс-аврор Аластор Муди.

Каждый урок учителя Муди начинался с просьб школьников научить их заклинанию патронуса. Началась волна просьб с меня: этот вопрос стал просто навязчивой идеей, затем ко мне присоединились ученики всех факультетов и курсов. Жить в окружении дементоров в течение года и не иметь даже теоретического шанса защититься никому не казалось заманчивым.