Читаем Воронья стража полностью

– Шевалье д'Орбиньяк уже приготовил угощение с зельем для стражи, вы его передали по назначению. Так что, даже если все, что мы задумали, сорвется, вам будет необходимо скрыться. Ни времени, ни права на очередные попытки у нас нет. Завтра утром ее величество должна покинуть крепость. Слишком много поставлено на карту. Действуем так, как было задумано! Перед рассветом будьте на месте. Я сам договорюсь с королевой. И если вдруг в доме лейтенанта будет неспокойно, оставьте на окне зажженный фонарь – это будет мне знак и… Да поможет нам Бог!

* * *

До рассвета была еще целая ночь. Короткая летняя ночь, когда солнце, едва остыв в волнах Атлантики, опять выныривает, чтобы обжечь лучами синеву небосвода. В это время года приставленная к королевской сокровищнице круглосуточная стража едва успевает пропустить по кружке-другой пива да тряхнуть несколько раз стаканом с разноцветными костями. А там и рассвет! Время законного отдыха. Я помнил сокровищницу Тауэра наших дней – с натасканной охраной и техническими средствами безопасности, реагирующими на вибрацию, на каждый чих, едва ли не на косой взгляд. Как же объяснить не кому-либо, а самому себе, что в прежние времена для этой цели хватало одного, от силы двух стражников.

Как-то, лет сто спустя, один из соратников Кромвеля – ирландский полковник Томас Блад с парой приятелей, пользуясь несовершенством охраны, уже совершил дерзкую попытку ограбления сокровищницы. Связав опешившего от неслыханного злодейства смотрителя, троица совсем было завладела драгоценностями правившего в те годы Карла II. На беду отчаянных грабителей, в помещении заветного хранилища появился сын поверженного смотрителя – гвардейский офицер, едва сменившийся с поста. Самое забавное, что пойманный с поличным налетчик па голубом глазу потребовал встречи с королем и та вскоре состоялась. О чем шептались между собой полковник Блад и не так давно восстановленный на отцовском троне Карл II, так и осталось тайной. Однако не прошло и нескольких дней, как ирландский авантюрист вновь оказался на воле, и не просто обрел свободу, но и получил от короля земельный надел и пятьсот фунтов ежегодной пенсии. Но с тех пор охрану сокровищницы усилили.

Задача же, стоявшая этой ночью перед нами, резко отличалась от той, которую ставил себе удачливый полковник. Но в историю Англии наше ограбление могло бы войти с куда большим грохотом и вызванным им эхом в поколениях.

И вот, наконец, часы на далекой колокольне Вестминстера огласили начало очередного дня. Именно в эту минуту сквозь мельчайшие щели в стенах и дверях королевской сокровищницы начал сочиться темный дым. Он становился все гуще, так что спустя считанные минуты у стражей хранилища королевских драгоценностей не оставалось сомнений, что в помещении бушует пожар.

Вероятно, первой мыслью обоих хранителей государевых сокровищ было покинуть пост и в ужасе бежать. Однако гнев скорого на расправу лорда-протектора был страшнее пламени, разгоравшегося за дверью. Тем более что просачивавшийся дым вовсе не был таким удушливым, каким обычно бывает он при пожаре. И если в первые минуты паники взбудораженные караульщики не оценили этот факт, подсознательно их мозг отсутствие угара все же зафиксировал. Звериным чутьем ощутив, что угрожающая опасность не так велика, как могло показаться, переполошенные стражи с криками бросились спасать усыпанные каменьями золотые короны, скипетры, филигранной работы перстни, мечи – словом, все то, что составляло гордость королевства – священные реликвии его государей.

Едва массивные створки дверей, закрывающих вход в сокровищницу, распахнулись, как густые клубы темно-серого с белой проседью дыма винтом вырвались наружу, порождая ужас в душах спешащей на помощь стражи. Гулко ухнул колокол, оповещая и без того потревоженных криками обитателей Тауэра о пожаре. Багры, топоры, ушаты с водой – все это хваталось, передавалось из рук в руки и бросалось в суматохе импровизированными пожарными, все больше и больше заполняющими двор крепости. Осилить царивший в Тауэре хаос, пожалуй, был способен лишь Рейли, но его в Тауэре как раз и не было. Чудовищная работоспособность лорда-протектора, готовившего с бору по сосенке отряд для отправки против мятежного лорда Фаттлмаунта, в этот раз сыграла нам на руку.

Бестолково выплескивая содержимое ведер в задымленный проход, стражники суетливо теснились, опасаясь лезть в огнедышащее жерло. Большая часть того, что предназначалось пламени, оседало на белесые, в зеленых прожилках мха камни стен, ожидая минуты, чтобы испариться. Но когда огромный раскаленно алый шар с гулом, точно поезд саб-вэя, вырвался наружу, толпа в страхе отпрянула, оглашая двор нестройными испуганными воплями. Но то, что предстало огромным от страха глазам откатившейся толпы, заставило разгоряченную пожаром кровь заледенеть в жилах.