Читаем Войны Роз полностью

Когда герцог Сомерсет и те, кто держал его сторону и находился тогда в городе Лондоне, услышали о том, что герцог Йорк и с ним многие другие лорды выдвинулись против них с силой пяти тысяч человек, он, принимая во внимание свершенное им против упомянутого герцога Йорка и учитывая свою дурную репутацию среди жителей Лондона, пришел к выводу, что ему не следует оставаться в городе Лондоне из-за опасения, что люди могут напасть на него в момент, когда тот (т. е. герцог Йорк) прибудет. По этой причине он убедил короля внезапно атаковать упомянутого герцога Йорка и других его врагов, их противников, за пределами города и торопливо собрал в упомянутый третий день после трапезы по случаю праздника Вознесения около 3500 людей, и на 2-й день мая утром [они] вышли из Лондона и расположились в двадцати милях от него, в небольшой деревне, где есть аббатство под названием Сент-Олбенс: около той деревни, меньше, чем в половину дня пути, стояли лагерем их враги. Когда те узнали о прибытии короля, то немедленно двинулись к нему; и на 22-й день упомянутого месяца, очень рано, король послал герольда к герцогу Йорку узнать причину, по которой тот прибыл туда с таким большим количеством людей, и сообщить, что это представляется королю чем-то весьма новым, чтобы он, герцог, поднялся против него, короля. Полученный ответ состоял в том, что тот никоим образом не идет против него, всегда был готов повиноваться ему, но намеревается так или иначе получить находящихся рядом с королем предателей, дабы наказать их, и что, если ему не выдадут их по доброй воле и по справедливому согласию, он предполагает в любом случае заполучить их силой. Король же ответил упомянутому герцогу Йорку, что он (т. е. король), не ведает, чтобы рядом с ним были какие-либо предатели, а герцог Йорк сам поднялся против его короны. И даже еще прежде, чем герцог Йорк получил этот ответ, перед деревней началась небольшая схватка одной стороны с другой. И таким образом, когда герцогу доставили вышеупомянутый ответ, сражение стало только еще более ожесточенным, и обе стороны с развернутыми знаменами вступили в смертельную схватку. И сразу люди герцога Йорка подошли к деревне и установили хорошую охрану на всех подступах вокруг нее, и ворвались туда с такой большой силой и натиском, что захватили и блокировали рынок оной деревни, и часть его людей оказалась в центре, и в такой манере они начали сражаться одна сторона против другой. Сражение началось утром с десятым ударом колокола, но, поскольку место было небольшое, немногие из воинов смогли там сражаться, и ситуация стала настолько чрезвычайной, что четыре телохранителя короля в его присутствии были убиты стрелами, и сам король был поражен стрелой в плечо, но она не причинила ему особого вреда. Наконец, после трех часов битвы, люди короля, видя, что дела у них плохи, раскололись на одном крыле и пустились в бегство, и герцог Сомерсет отступил на постоялый двор в надежде спастись и скрыться. Как только это заметили необузданные сторонники упомянутого герцога Йорка, то окружили вышеназванное строение. И там герцог Йорк отдал приказ вывести короля из толпы и поместить его в безопасности в аббатстве, и так это и было сделано. И в этом аббатстве также нашел убежище очень серьезно раненный тремя стрелами герцог Бэкингем. И в своем неистовстве они стали биться с Сомерсетом и его людьми, которые находились там внутри названного постоялого двора и защищались отважно.

И в конце, после того как двери были выломаны, герцог Сомерсет, видя, что у него не осталось никакой другой возможности, держал совет со своими людьми о том, как выбраться оттуда, и в результате такой попытки он и все его воины были окружены людьми герцога Йорка. И после того как некоторые из нападающих были сражены и герцог Сомерсет своей собственной рукой убил четырех, как говорят, он был сражен топором и получил столь серьезные ранения, что там и закончил свою жизнь. И все то время, пока упомянутый Сомерсет защищался в том доме, другие приверженцы, оставшиеся снаружи, продолжали бороться против таковых герцога Йорка; и там пали три лорда со стороны Сомерсета: граф Нортумберлендский, лорд Клиффорд (к великому сожалению, поскольку он был храбрый человек) и сэр Ричард Харрингтон, тоже благородный и отважный рыцарь, и многие другие джентльмены и эсквайры как с одной стороны, так и с другой, так что всего там полегло приблизительно 200 человек или около того[28]. Сражение продолжалось до двух с половиной часов пополудни, после чего люди герцога Йорка отправились к аббатству, чтобы убить герцога Бэкингема и казначея, который звался графом Уилтширским, находившихся там с королем, но упомянутый герцог Йорк не позволил этого. Он послал своего герольда к королю с сообщением, что тот должен выбрать: или передать ему этих двух лордов как пленников, или в его присутствии они будут убиты, и он еще раз подвергнет себя опасности. Поэтому король легко согласился позволить ему арестовать названных двух лордов, и тот захватил в плен герцога Бэкингема. Казначея так и не смогли найти из-за того, что он, переодевшись, бежал в одеждах монаха, и даже ныне, 27 мая, никто не знает, куда он ушел. И когда со всем этим было покончено, герцог Йорк вступил в аббатство и предстал перед королевской персоной и там, преклонив перед ним колени, умолял о прощении за все, чем он мог его оскорбить, и за опасность, которой он подверг его персону, и говорил много других добродетельных и смиренных слов, доказывая ему, что он шел не против него, но против предателей его короны. И под конец, прежде чем герцог Йорк ушел оттуда, король совершенно простил его и проявил к нему милосердие. И в этот день король, герцог Йорк и все другие лорды прибыли в Лондон, где были встречены торжественной процессией с восторгом и ликованием. И ныне никто не посмеет возразить против того, чтобы упомянутый герцог Йорк стал теперь первым после короля и правил всеми. Да благословит его Бог на праведные труды и милосердие к душам грешников. Аминь.{70}

Перейти на страницу:

Все книги серии Историческая библиотека

Похожие книги

1917–1920. Огненные годы Русского Севера
1917–1920. Огненные годы Русского Севера

Книга «1917–1920. Огненные годы Русского Севера» посвящена истории революции и Гражданской войны на Русском Севере, исследованной советскими и большинством современных российских историков несколько односторонне. Автор излагает хронику событий, военных действий, изучает роль английских, американских и французских войск, поведение разных слоев населения: рабочих, крестьян, буржуазии и интеллигенции в период Гражданской войны на Севере; а также весь комплекс российско-финляндских противоречий, имевших большое значение в Гражданской войне на Севере России. В книге используются многочисленные архивные источники, в том числе никогда ранее не изученные материалы архива Министерства иностранных дел Франции. Автор предлагает ответы на вопрос, почему демократические правительства Северной области не смогли осуществить третий путь в Гражданской войне.Эта работа является продолжением книги «Третий путь в Гражданской войне. Демократическая революция 1918 года на Волге» (Санкт-Петербург, 2015).В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Леонид Григорьевич Прайсман

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
История России с древнейших времен до наших дней
История России с древнейших времен до наших дней

Учебник написан с учетом последних исследований исторической науки и современного научного подхода к изучению истории России. Освещены основные проблемы отечественной истории, раскрыты вопросы социально-экономического и государственно-политического развития России, разработана авторская концепция их изучения. Материал изложен ярким, выразительным литературным языком с учетом хронологии и научной интерпретации, что во многом объясняет его доступность для широкого круга читателей. Учебник соответствует государственным образовательным стандартам высшего профессионального образования Российской Федерации.Для абитуриентов, студентов, преподавателей, а также всех интересующихся отечественной историей.

Людмила Евгеньевна Морозова , Андрей Николаевич Сахаров , Владимир Алексеевич Шестаков , Морган Абдуллович Рахматуллин , М. А. Рахматуллин

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное