Читаем Войны Роз полностью

Генрих правил двадцать три года и семь месяцев. Он прожил пятьдесят два года. От жены Елизаветы он имел восьмерых детей, четырех мальчиков и столько же девочек, из которых выжило трое: единственный сын, принц Генрих Уэльский, и две дочери; Маргарита вышла замуж за Якова, короля Шотландии, а Мария обручилась с Карлом, принцем Кастилии.

Король был ростом выше среднего, худощав, но хорошо сложен и силен. Он имел очень привлекательную внешность, и его лицо казалось добродушным, особенно при беседе; у него были небольшие синие глаза; его немногочисленные зубы были плохие и черноватые; его волосы были редкие и седые, а цвет лица — землистый. Человек выдающийся, мудрый и благоразумный, он обладал мужеством и решительностью, и сила духа никогда, даже в минуты наибольшей опасности, не покидала его. Он имел очень твердую память. К тому же он не был чужд наукам.

В управлении он был проницателен и благоразумен, так что никто не мог взять над ним верх обманом или хитростью. Он был великодушен и добр, проявляя внимательность к своим посетителям, которые могли легко попасть к нему. Он был удивительно гостеприимен; король любил принимать иноземцев при своем дворе и часто оказывал им свое покровительство. Однако с теми из своих подданных, кто задалживал ему, не оплачивал долг или расщедривался только на обещания, он обращался сурово. Он хорошо знал, как подобает обслуживать его королевскую особу, и все то, что относилось к привилегиям короля в любое время и в любом месте. Он был весьма удачлив в войне, хотя по своей натуре был более склонен к миру. Прежде всех вещей он ценил правосудие; в результате он строго наказывал насилие, убийства и любые злодеяния. Поэтому о нем очень сожалели все его подданные, которые при нем могли жить в мире, не подвергаясь набегам и разбою.

Он был ревностный сторонник нашей веры и ежедневно с большим благочестием присутствовал на службах. Тем, кого он считал наиболее достойным и благочестивым священником, государь часто тайно делал пожертвования, чтобы те молились о его спасении. Из монахов-францисканцев он особенно любил тех, кто называется у них «хранителем» (observants). Для них он основал много женских монастырей[194], так что с его помощью их орден в королевстве постоянно процветал. Но все эти достоинства были затенены под конец только скупостью…[195]

Жадность, без сомнения, достаточно сильный недостаток даже для простого смертного, которого она постоянно гложет; в монархе же ее можно считать наихудшим изъяном, так как она вредит всем, искажая те добродетели правдивости, правосудия и честности, которыми государство должно управляться.

Да будет благословен наш Господь, Бог Иисус Христос, да будет молиться за всех нас Богоматерь Мария. Аминь!{198}

Перейти на страницу:

Все книги серии Историческая библиотека

Похожие книги

1917–1920. Огненные годы Русского Севера
1917–1920. Огненные годы Русского Севера

Книга «1917–1920. Огненные годы Русского Севера» посвящена истории революции и Гражданской войны на Русском Севере, исследованной советскими и большинством современных российских историков несколько односторонне. Автор излагает хронику событий, военных действий, изучает роль английских, американских и французских войск, поведение разных слоев населения: рабочих, крестьян, буржуазии и интеллигенции в период Гражданской войны на Севере; а также весь комплекс российско-финляндских противоречий, имевших большое значение в Гражданской войне на Севере России. В книге используются многочисленные архивные источники, в том числе никогда ранее не изученные материалы архива Министерства иностранных дел Франции. Автор предлагает ответы на вопрос, почему демократические правительства Северной области не смогли осуществить третий путь в Гражданской войне.Эта работа является продолжением книги «Третий путь в Гражданской войне. Демократическая революция 1918 года на Волге» (Санкт-Петербург, 2015).В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Леонид Григорьевич Прайсман

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
История России с древнейших времен до наших дней
История России с древнейших времен до наших дней

Учебник написан с учетом последних исследований исторической науки и современного научного подхода к изучению истории России. Освещены основные проблемы отечественной истории, раскрыты вопросы социально-экономического и государственно-политического развития России, разработана авторская концепция их изучения. Материал изложен ярким, выразительным литературным языком с учетом хронологии и научной интерпретации, что во многом объясняет его доступность для широкого круга читателей. Учебник соответствует государственным образовательным стандартам высшего профессионального образования Российской Федерации.Для абитуриентов, студентов, преподавателей, а также всех интересующихся отечественной историей.

Людмила Евгеньевна Морозова , Андрей Николаевич Сахаров , Владимир Алексеевич Шестаков , Морган Абдуллович Рахматуллин , М. А. Рахматуллин

История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное