Чёрненький ползал по трупам революционеров, собирая остатки дымящихся предсмертных эмоций. Посмотрев на меня, он сказал сквозь лёгкую улыбку:

– Ничего, скоро будем видится чаще.

Мне захотелось расспросить этого негодяя о происходящем побольше, но Анатоль уже покидал кочегарку, с отразившейся на лице судорогой боли он перешагнул тело старика и быстро зашагал по коридору. Я надеялся поговорить с чёрненьким по дороге, но он не смог перешагнуть через праведника, лежащего у порога.

– Придётся сидеть здесь до утра, пока трупы не уберут. Ну ничего я терпеливый. – Сказал мне плут на прощание и наш разговор не состоялся.

10. Встреча

Под плотными облаками весь день стойко державшими в себе слёзы скромные похороны прошли быстро. Анастасия умерла тихо, не приходя в сознание. Только теперь Анатоль узнал, что его подруга была сиротой, этим объяснялось отсутствие родственников. Участники церемонии разошлись. Граф аккуратненько похлопал застывшего товарища по плечу ладошкой, затянутой в тонкую, чёрную лайковую перчатку.

– Пойдём, здесь уже всё закончено. – Сказал он, беря Анатоля под локоть и пытаясь увести от могилы.

Тот вначале упёрся как столб, но потом словно обмяк, поддался уговорам друга и медленно пошёл вслед за ним к экипажу. Дорога вдоль кладбища была ухабистая, сильно трясло, и Анатоль не сдержал медленно выползшую из глаза слезу, которая пробороздила иссохшую на ветру погоста щёку. Весенний пейзаж под пасмурным небом напоминал осенний, а в голове и душе было предельно пусто.

Человек так благоволившей смерти и открывавшей перед ней многие двери теперь не мог смериться с тем, что она бесцеремонно, по его мнению, обошлась и с ним.

После похорон граф зашёл к Анатолю в гости, стараясь удостоверится в том, что тот не наделает глупостей, но было похоже, что бравый офицер притих и старался что-то осмыслить.

Из всех знакомых, об отношениях Анатоля с Анастасией знал только граф и Николай с последним общение Анатоля прервалось. Причиной этой скрытности была необходимость держать в секрете связь с Иллюминатами. Можно было, конечно, сочинить историю, но наш герой предпочитал молчать. Поэтому и горе теперь разделить было практически не с кем.

Анатоль и граф, сидя в глубоких креслах у чайного столика, некоторое время не произносили ни звука, поминали как положено новопреставленную, потом вспомнили общие, предположительно приятные, отрывки жизни, и граф ушёл, оставив Анатоля наедине с его чёрными мыслями.

Месть не принесла нашему герою желаемого результата, скорее наоборот он винил себя в том, что последние минуты своей жизни Анастасия провела без него. Поэтому теперь, скитаясь по тёмным закоулкам своего разума, Анатоль не находил вероятного выхода из накрывшего его эмоционального ступора. Погружённый в хаотичные размышления, он допил начатый с графом коньяк и пошатываясь направился к постели, но сразу заснуть не удалось, в голове стучала всякая муть и грызло душу отчаяние. Ворочаясь и потея в кровати, Анатоль вспомнил странный сон, приснившийся ему в келье у Иллюминатов перед посвящением, в этом сне он видел собственный меч, предлагавший ему наладить общение. В состояние, в котором Анатоль находился теперь, такая мысль не показалась абсурдной, а наоборот стало удивительно, почему он только сейчас вспомнил про этот сон, и раньше не воспользовался приснившимся способом взаимодействия.

Достав из ножен саблю, Анатоль не скупясь полоснул по ладони и обильно намазал лезвие струящейся кровью. А потом, зажав в кулак угол простыни, много и с жаром говорил: советовался, делился со своим мечом всем тем, что его волновало и заботило последнее время, а главное, он хотел узнать ответ, стоит ли ему продолжать мстить или нет. Бормоча несуразные фразы, Анатоль забылся тяжёлым пьяным сном.

Честно говоря, после начавшихся в наших отношениях перемен Анатоль мог бы и не дырявить ладони. Моё полноценное присутствие в его жизни ещё не реализовалось окончательно, но одной ногой я уже постоянно был в мире людей и пока не мог понять нравиться мне это или нет. Состояние в котором находился хозяин, вызывало у меня серьёзные опасения. Мне, конечно, было приятно, что он вспомнил о нашем диалоге в той непонятной клетушке, но теперь ему, похоже, был нужен не боевой товарищ, а психоаналитик. Тем не менее я решил наладить с ним диалог. Просто явился ему в том виде, в котором меня обычно видят соплеменники и представился по полной форме, принятой между моими братьями. От такого пафосного появления Анатоль, кажется, потерял способность соображать на короткое время. Но потом диалог наладился, и всё пошло как-то само собой.

– Я не уверен, что сделал правильный выбор, пошёл путём войны и потерял любимую. Ты когда-нибудь любил, у вас, в твоём мире, бывает такое? – Спросил Анатоль, так словно не вырос ещё из подросткового возраста и советовался с кем-то из старших товарищей.