Быстро переоблачившись в сухую одежду: опять же в штаны и рубашку, — я сложила простынь и положила её обратно на кровать. Влажный плед повесила на спинку стула. Обведя взглядом стол, на котором стояли едва тронутые тарелки с овсянкой, миска, закрытая крышкой, два бокала с недопитым вином и едва начатая бутылка этого же вина, я вздохнула и опустилась на кровать. Честно говоря, мне было немного не по себе от неизвестности. "После моей выходки Джек, похоже, в ещё более плохом настроении. Теперь, наверное, моя судьба действительно предрешена и я просто не вижу другого исхода, кроме как быть проданной в чей-нибудь гарем или, не дай Бог, в портовый бордель… — подумала я, молча наблюдая за плывущими за окошком в небе перистыми белыми как снег облаками. — Хотя… чем чёрт не шутит? Начнём с главного вопроса: почему Джек только что
— О чём вы думаете?
Я вздрогнула и перевела взгляд на Джека. Задумавшись, я не заметила, его возвращения. Скрестив руки на груди и прислонившись спиной к двери, совсем как вчера ночью, он пристально смотрел на меня.
— Я думала о вас, Джек. — честно призналась я и мысленно подумала: "В конце концов, сказав это, я ничем не рискую…".
— Обо мне? — его чёрные брови слегка приподнялись над сверкнувшими каким-то странным блеском чёрными, как безлунная ночь, глазами.
— Да… Я думала
Капитан усмехнулся, подошёл к стулу, снял с него влажный плед, положил его на сундук и вновь обратил свой взгляд ко мне:
— Для начала я предложил бы довести наш завтрак до конца. Вы не против?
Я согласно кивнула и опустилась на предложенный мне стул. Джек добавил из миски в свою и мою тарелки ещё каши, всё ещё горячей, как ни удивительно, тоже сел за стол и принялся с аппетитом уничтожать еду. Взглянув на него, я тоже взяла ложку и приступила к поеданию овсянки.
— Почему вы не пьёте вино? Оно вам не нравится? — вдруг спросил Джек, поболтав в своём бокале тёмно-красную жидкость и внимательно глядя на меня.
— Оно слишком крепкое для меня. — честно призналась я, поспешно отвела взгляд, делая вид, что я очень увлечена поеданием овсянки. Было стыдно признаваться, как действует на меня алкоголь. — Боюсь, я потом совсем потеряю над собой контроль и могу… что-нибудь учудить… — румянец залил мои щеки.
Капитан раскатисто рассмеялся, заставив меня тем самым поднять на него глаза. Я искренне не понимала причину его веселья. Он издевается или… что?
— Вы сама непосредственность, Каролина! Люблю открытых людей и ненавижу ложь. Никогда не теряйте способности говорить правду… — он подмигнул мне и одарил хулиганской улыбкой.
Последние его слова как будто дали мне ключ ко всем вопросам. Так вот в чем была причина его гнева! Моя ложь! Но как он догадался? Неужели я была так неубедительна в своём коротком рассказе? Не может быть! Я ведь начинающая актриса как ни как, неужели я могла сыграть не убедительно свою внезапную роль? Или… может, Джек умеет читать мысли? А, может, причина в чём-то другом? Впрочем, он бы не поверил мне, скажи я ему даже всю правду о себе.
Опустив глаза, я молча доела и, облокотившись локтями на стол, подпёрла руками голову. Не зная, что делать дальше, уставилась на гладкую поверхность деревянного стола.
— Скажите, мадмуазель, почему вы солгали мне?
— Я боялась, что вы не поверите мне. — призналась я. На кону стоит мое благополучие и стоит врать не так открыто. Сказать, что я из будущего…пожалуй, не вариант. — Я редко доверяюсь людям…
— Но ведь сейчас вы говорите мне правду, а, значит, в чём-то доверяете. — возразил Джек.