Читаем Вкус свинца полностью

Хорошая песня и хороший танец доставляют удовольствие сами по себе. Но мы видим, […] какое огромное значение для более глубокого восприятия и одновременно для более широкой популяризации песни приобретает сюжет и весь комплекс постановочных работ.

Поэтому становится понятно стремление сочетать песни и танцы в музыкальном представлении. И прежде всего это характерно для ансамблей песни и танца. […]

Разумеется, такое содержание предполагает и новые формы исполнения. […] Это новое слово в музыкальном исполнительском искусстве.

По этому пути творческой деятельности идет сравнительно недавно созданный в Москве ансамбль песни и пляски НКВД Союза ССР, художественным руководителем которого стал композитор 3. И. Дунаевский[43] […]

Рижские трудящиеся могут познакомиться с результатами первой значительной постановки. Название программы — «По родной земле». Сюжет несложный, но вызывает интерес. […]

В музыкальной части русские, украинские, грузинские песни чередуются с разнообразными танцами. В прологе — песни про чекистов… […]

Убеждены, что писатели Латвии, сохраняя верность лучшим традициям своей классической литературы, посвятят все свои силы народу, его процветанию и пробуждению его потенциала.

Убеждены, что писатели Латвии создадут замечательные работы о новой жизни, труде и борьбе своего народа в условиях братского содружества всех народов СССР.

Н. Асеев, В. Лебедев-Кумач, А. Фадеев

Утро начинается с неожиданности. Глянул в окно — чуть заикой не стал. Вижу Рудиса, который тащит по чемодану в каждой руке. Пока Рудис прячет чемоданы в сарайчике, по двору начинает шастать рослый незнакомый мужик с лицом в оспинах. Точно где-то видел. Приглядываюсь, и в животе похолодело — он из тех двух, с которыми на позапрошлое Рождество наша семья сцепилась на улице. Тот самый, которому Вольфганг расквасил нос и который в конце концов признал меня за своего. Да уж, свой. Одно неясно — это он резко поднялся в своей жизни, или я сильно упал.

Когда они ушли, брожу по дому как неприкаянный, не находя места. Выхожу в сад — хоть воздух свежий. Захожу в беседку, закуриваю и начинаю заниматься самоедством. Все спуталось в один клубок — испорченные отношения с Герминой, этот криминальный тип, который, оказывается, связан с Рудисом, да и осадок от образа жизни, который я веду в последние месяцы. Барахтаюсь в болоте, как потерявшийся головастик. Гермина оказалась духовным ничтожеством, ну, а я-то сам лучше, что ли? А тут еще этот, в оспинах… начинает казаться, что скоро придется сидеть за одним столом со сливками преступного мира. Хреново… Если бы можно было повернуть время вспять и все изменить… А что бы Коля сказал, узнав, что я больше не работаю? Память о совместном малярном прошлом настолько свежа, что кажется — я и сейчас чувствую острый запах олифы. Может, опять взяться за кисть? Все ж достойнее, чем бить баклуши дома. Дай чувство удовлетворения от сделанной работы… При этой мысли в груди что-то ёкает. Видно, думаю в правильном направлении.

По тропинке через сад ко мне идет Рудис. Уже успел обернуться?! Время полдвенадцатого, а у него в руке бутылка пива. Не рановато ли?

— Кто это утром был с тобой?

— Э… Шкоре, помог товар привезти. Почему ты спрашиваешь?